Форум » Нижние ярусы » Галерея с пустыми окнами » Ответить

Галерея с пустыми окнами

Hogwarts: Длинный переход в Восточном крыле Замка. С одной стороны глухая стена с вечно пустыми портретами никому не нужных людей. С другой - пустые оконные проёмы, такие же забытые, заросшие паутиной, засыпанные песком. Широкие подоконники, каменная кладка. Переход соединяет старые кладовые со школьным миром. Самое ненужное помещение в Хогвартсе. Здесь всегда гуляет лихой ветер, засыпая тебя то пылью и мелкими листьями, то колючими снежинками. Здесь всегда тихо. Даже как-то ненормально тихо. И можно сидеть в окне и наблюдать, как над школой садится солнце...

Ответов - 87, стр: 1 2 3 All

Vampira Sammet: *Тихо. Впрочем, как и всегда. Редко какой ученик проидет здесь - то ли боятся, то ли просто всем это место кажется скучным. Всем, кроме двух учеников - пуффендуйки и слизеринки. По переходу, стуча каблучками, перемещалась маленькая фигурка в зеленой мантии. Девочка шла быстро, закрывая лицо от сильного ветра, который гулял здесь постоянно, и изо всех сил держа капюшон, который так и норовил слететь с головы. Ветер - пожалуй единственное, кто здесь постоянный гость. В ноги девочки постоянно втыкался мусор, который гонял ветер, и которого тут было предостаточно, и она невольно морщилась. Над Хогвартсом нависила свинцовые тяжелые тучи и затянули небо. Где-то вдали поблескивала молния, хотя дождя на территории Школы не было. Но Вампира не замечала ничего вокруг, кроме еще одной фигурки, которую она заметила впереди себя. Некто стоял, закутавшись в желтую мантию, ясно было, что это ученик пуффендуя. "Ох, пришла все таки, значит я не зря бреду здесь..." Слизеринка отпустила одну руку от капюшона и помахала. Заметили ее или нет, она не знала, поэтому продолжала идти вперед, навстречу фигурке в желтой мантии...*

Katarina Mafiosoaffi: *Катарина высунулась в провалы окон, наблюдая за ПОшками и первокурсниками, что оглядывали стены Хогвартса, открыв от удивления рты. Перебирала в памяти события прошедших дней, мысленно ругая себя за непостоянство, неспособность противостоять ситуации. Где-то в отдалении проворчал гром, а сзади кто-то крался, едва цепляя каменную крошку, то там, то тут разбросанной на полу. Тихо бормотали портреты... Девушка, начиная подозревать, кто это мог быть, обернулась и воскликнула:* - Я же просила оставить меня... *Заметила, что это ее лучшая подруга* - А... Вамп... Это ты. Прости, перепутала... Ты тут какими судьбами?

Vampira Sammet: *В желтой мантии Вампира узнала свою подругу Катари. Она осторожно подходила ближе, пытаясь расслышать, что бормочут портреты на стене. Вдруг Катари развернулась и чуть ли не крикнула на нее, что слизеринка подпрыгнула от неожиданности. Сердце убежала в пятки, а потом наоборот, подпрыгнуло, казалось к самой глотке и девочка ошарашенно уставилась на пуффендуйку* - Ааа..Ка..Тари.., - запнулась она, -Прии..ивет, солнце. Слизеринка заметила, что Катарина выглядет достаточно не весело. Она подошла к ней и тоже высунулась в проем, смотря на копошащихся внизу учеников, среди которых было много ПОшек. Они бегали туда-сюда, осматривались и казалось, не понимают, что происходит. Слизеринка вспомнила себя.. "Получила письмо из Хогвартса...Было много радости...Вспомнила, как впервые отворила двери в Общую Гостиную. Да, именно в Гостиную, в Башню ПО идти не хотелось...Вспомнила как познакомилась с некоторыми людьми, и как на следующий день уже хотела попасть на Слизерин. Вспомнила, как тут же бросилась делать домашки, не замечая ничего вокруг, однако, старааясь общаться со всеми, чтобы подружиться. Вспомнила внутреннее волнение, что не попадет на факультет Салазара...Да. в день распределения девочку буквально трясло, однако...вот она слизеринка. Слизерин стал уже таким родным...Хотя, в последнее время, настроение оставляло желать лучшего...Даже на родном и любимом факультете..." Холодный ветер дунул прямо в лицо и сорвал капюшон с головы, Вампира дернулась и ее щеки покрылись румянцем - как она могла так задуматься, что даже забыла, что на нее смотрит Катари? Слизеринка снова одела капюшончик на голову и, сжалась, чтобы укрыться от ветра. - Ты думала, что это Бэзил идет? Вы опять поругались?, - обеспокоенно, но заинтересовано спросила Вампира. - А я просто решила выйти прогуляться...Хорошо, что тебя встретила...В одиночестве как-то не очень. Тем более, с Амби сейчас такой напряг...

Katarina Mafiosoaffi: *Было интересно наблюдать за Вампирой, с головой ушедшей в воспоминания. Отрешенный взгляд, застывшее выражение лица. Казалось, что она ушла в другой мир. И, наконец, слабое подобие улыбки... Ветер сорвал с головы капюшон, развевая волосы. Наконец, подруга оторвалась от своих воспоминаний и задала вопрос. Девушка вздрогнула, как от удара, когда услышала любимое имя.* - Бэзил?.. Нет, с ним все хорошо... почти... *Сердце словно проткнули раскаленной спицей. Так всегда бывало, когда они с ним оставались наедине* - А вы же вроде помирились с Амби? "Или я снова не в курсе дел?"

Vampira Sammet: *Вампира опустилась на корточки, прижалась спиной к стене и сняла капюшон - тут ветер не так доставал. Слизеринка подняла глаза на Катари и поажала плечами, а затем начала рассматривать "наипрекраснейший" мусор на полу* - Помирились..., - задумчиво поризнесла она, - Ты знаешь, я не знаю. Вроде бы да а вроде бы и нет. Все так...Сложно, - Вампи тяжело выдохнула, засунула руки в карманы и сжалась в комок. - Во всяком случаи, все уже не так плохо, как раньше, но все же...некое напряжение...У самой то как дела? Вампира отвела взгляд куда-то в сторону. Действительно, помирились ли они с Амбреллой? Нашли ли они общий язык?

Katarina Mafiosoaffi: *Из окна нещадно тянуло холодом и сыростью. ПОшки визжали при виде активности дракучей ивы, где-то за валунами бродили влюбленные парочки. На землю медленно опускались сумерки, невесомым облаком укладывался туман. Вампира сидела, прислонившись к стене, будто призрак. Катарина же стояла рядом, изредка поправляя капюшон мантии.* - У меня... от...средне. Учусь помаленьку... Слышала, ты стала лучшей ученицей дома Салазара? Поздравляю. Думаю, мне есть за кем и куда стремиться. "Кэээт... опять ты про учебу?"

Vampira Sammet: *Вампира удивленно вытаращила глаза* - Что? Что ты слышала? Где слышала?, - затараторила слизеринка, - Я ничего не знаю..., - пожала плечами..

Katarina Mafiosoaffi: *Начал разбирать смех при ответе подруги. Но это невежливо как-то...* - Кхм... Где слышала?.. Беклы на хвосте принесли. Беклы - это ж такие существа... "А поумнее ты ничего не могла придумать...М-да, Кэт..."

Василиса: Katarina Mafiosoaffi Vampira Sammet Можно немного прервать разговоры?*Василиса зашла в страшную комнату наполненную паутиной и и пылью* -Девочки вам тут не страшно?*Лиса надела курточку* От тёмного помещения сразу веяло страхом и ужасом. И там было довольно холодно. В куртке прегады не страшны!

Vampira Sammet: *Вампира заметила Василису и невольно вздохнула* - Нет, мне с моей сущностью тут вообще уютно, - хмыкнула. Слизеринка оторвала взгляд от когтевранки и посмотрела на Катари все тем же не понимающим взглядом.. - Какая бекла?, - прищуренно, - И действительно, Кэт *поднялась* Пойдем отсюда, холодно...Да и поговорить нужно без..., - запнулась, - ...лишних ушей. Вампира холодной рукой цапнула руку подруги и потащила ее в Замок )) - Прости, Василис, нам пора, - крикнула она когтевранке.

Katarina Mafiosoaffi: - Лис? Да, ты права. Действительно, прохладно... Вамп, пойдем, погреемся? *взяла подругу под руку, поправила покрывшуюся инеем мантию, и ушла, тихо похрустывая камнями под ногами*

Василиса: Василиса даже не успела посмотреть на девочек,а они уже ушли... *Василиса подумала*: Тут прекрасное место для скучания... *Василиса немного впала в отчаяние* -Эх,как грустно...*сказала сама себе когтевранка и вытерев подоконник села на него*

Astrid Keehl: Астрид нашла эту комнату, а вернее галерею, совершенно случайно. Поутру она гуляла по школе и приметила эту комнатку, а вот сейчас, когда уже наступил вечер и солнце почти зашло, она пришла сюда. Кель прошла к картинам неизвестных ей людей и задумалась о чем-то своем и очень-очень важном. Она провела пальцем по пыльным, когда-то сияющим и золотистым рамам и прошла к дальней стене. Такая обстановка не могла радовать, она скорее загружала и не давала свободно мыслить. Но в то же время Астрид здесь очень нравилось. Тут было по-особенному сказочно и романтично. Кель уже догадывалась, что проведет здесь еще не один час своей жизни в Хогвартсе. Она медленно проплыла к окну и уселась на грязный подоконник, вглядываясь в темно-синее небо...

Немезида: 23:50 *Немезида приоткрыла дверь и посмотрела никого ли нет в этой галереи, там было пусто. Немезида вошла и сразу почувствовала как там холодно и к тому же очень темно* -О господи, Джен, здесь так холодно!,- сказала Немезида. *Она прошла в галерею и захотела все осмотреть. Она дастала палочку и сказала:* -Lumos! *На конце палочки появился огонёк. Немезида пошла осматривать галерею*

Джен Крин: *Немезида открыла дверь в Галерею и Джена в лицо ударил холод* -О господи, Джен, здесь так холодно! *Да в галерей и вправду было так холодно что изо рта шел пар Джен посмотрел на Немезида та вообще треслась от холода* -На возьми мою мантию,- сказал он *Джен снял мантию и протянул её подруге* -Ну что идем а т ты совсем замерзнешь. *Джен посмотрел на Немезиду и стал ждать ответа*

Немезида: -А как ты? Ты ведь замерзнешь...,- сказала Немезида. *Немезида подошла к стене которая вся была в паутине и достала какой то свёрток. Она решила его не трогать и положила обратно. Тут она увидела огромного паука. Это был ужас, Немезида больше всего на свете боялсь пауков. Она сказала:* -Д...Джен, т...там паук! Паук! Мамачки! Пошли отсюда. *Немезида сейчас сойдёт с ума*

Джен Крин: -Не замерзну. Паук говоришь? *По полу в направлению к ним шел большой паук* "Пауки бояться света значит..." -Lumos Maxima,-на палочки загорелся большой пучок света. *Джен направил палочку на паука. Паук попятился назад и вылез в пустое окно. Джен подошел к Немезиде та стояла в шоке* -Идем Немезида,- но она стояла и не двигалась,- Немезида идем.

Яська Блэк: *Яська Блэк шла по коридорам, наверное, впервые в таком паршивом настроении. Да даже не то, что бы оно было паршивым, просто каким-то ностальгическим. Когтевранка собственно и не смотрела куда идти, однако ноги несли ее в уже знакомое место. Там где пустота правит временем. Закутавшись покрепче шарфом, Яська вышла в галерею. К ее разочарованию (хотя может и к какой-то радости, ибо от такого состояния нужно было срочно избавляться), тут она была не одна. В конце галереи стояли пуффендуйцы, девочку она узнала это Немезида со второго курса, мальчика же она не узнала. Махнув пуффам рукой, Яська подошла к Астрид. Вырывать ее из раздумий не очень хотелось, однако и терять такой шанс поговорить с этой вечно скрытной когтевранкой не хотелось. Яська подошла к подоконнику, молча смахнула с них несколько снежинок и уселась, опасно свесив ноги вниз. Астрид то ли ее не замечала, то ли не хотела первой заводить разговор. Яська тоже уставилась в небо и негромко сказала:* Я не помешаю? *смущение очень редко посещала мародерку, но сейчас Блэк смутилась. Несколько комков снега свалились вниз, подгоняемые ветерком. Даже не смотря на шепоты и вскрики в конце галереи было тихо... ненормально тихо...*

Немезида: -Спасибо,- сказала Немезида беря мантию Джена. *Она уже сбиралась было открыть дверь и выйти но тут вошла яська Блэк, почему то в плохом настроении* Интересно, Джен не будет ругаться если я немного поговорю с Яськой?,-подумала Немезида. Привет, Ясь. Что случилось? Почему такая грустная?,- поинтересовалась ненмезида.

Astrid Keehl: Кель так увлеклась своими раздумьями, что не заметила ни пуффендуйцев, зачем-то пришедших сюда в вечернее время, ни знакомую уже ей Яську, к которой Астрид испытывала непроизвольную симпатию. Но признаться, ей казалось странным, что кто-то сюда пришел в такое время, да еще и не один. Аст осмотрелась - ну полный же разгром! Она снова уставилась в окно и снова бы задумалась, но рядом сней звонко прозвучал голос. -Я не помешаю? Кель резко оглянулась и увидела ту самую Яську. Она улыбнулась, потому как была рада ее здесь встретить. - Конечно нет, я тут размышляю..Но неважно, - она снова улыбнулась своей блуждающей улыбкой, - а ты здесь по какому случаю? Она никак не могла понять, как эти пуффендуйцы и Блэк забрели сюда темным вечером. А еще она не могла понять того, что здесь запылены картины. Надо прийти сюда с веником и все почистить - подумала она и на лице ее засветилась довольная улыбка.

Джен Крин: 23:55 *Джен стоял у окна с треснувшим стеклом и дул на него, окно уже покрылось тонкой корочкой льда. Джен начал понимать что время поджимает и им пора двигаться дальше* -Немезида если ты не против то нам пора двигаться дальше. *Джен посмотрел на Немезиду ждал её ответа*

Немезида: *Немезида посмотрела сначала на Яську потом на Джена и подумала:* Ну Яська же ещё не ответила! - Аааа, ладно пойдем,- сказала Немезида Джену и побежала к выходу.

Яська Блэк: *Кажется Пуффы все таки заметили когтевранку. Немезида подошла к Яське и участливо спросила, почему у той плохое настроение* Немезида, все в порядке. *совершенно искренне ответила Яська, улыбаясь. Потом она посмотрела на Джена (когтевранка вспомнила что пару раз видела его и с трудом, но все таки вспомнила имя) и заметила, что он куда-то торопится. Видимо нахождение постороних в его планы не входило. Когтевранка еще раз улыбнулась и задорно обратилась к Немезиде:* Нем, не заставляй своего жениха ждать, смотри как он уже извелся!*Девочка явно засмущалась. В этот момент наконец очнулась Астрид. С когтевранкой явно было что-то не то. Отводя желтые глаза в сторону неба, Блэк ответила:* А это мое любимое место еще с первого курса. Я постоянно сюдаа прихожу, когда настроение паршив... *Яська запнулась. Она не хотелабы люди знали, что и у нее, вечно позитивной девчонки, бывает плохое настроение.* Спокойное настроение, да. Я на первом курсе начнулась сюда совершенно случайно. Шла искать проход на свою башню, а в результате заблудилась. Долго блуждала и вышла вот на эту галерею. Тогда была весна и тут стоял запах свежих цветов. тут было просто великолепно. С тех пор я часто посещаю это место. *Яська блаженно закрыла глаза и улыбнулась. Потом она очнулась и тряхнула головой, сгоняя наваждение.* А ты чего? У тебя что-то случилось? *Яська скатала из снега увесистый снежок и кинула вдаль, мысленно пожелав ему долететь до Филча. Впрочем кого-то снежок все таки догнал, судя по громким возмущениям снизу. Когтевранка хмыкнула и "оседлала"подоконник.*

Немезида: *Немезида хотела было выйти но тут она услышала слово "жених" и чуть не упала. Она остановилась и повернулась лицом к Яське. Немезида зделала такой вид что даже сам Волдик испугался бы* Яська, он мне не жених а просто друг. Просто у Джена есть кое- какая проблемка и я помагаю ему решить ее,- сказала Немезида с небольшим нажимом на поледние четыре слова. А теперь, простите, мне придется пакинуть Вас,- сказала Немезида, отвесила поклон и удалилась.

Astrid Keehl: Астрид с серьезным видом, что впрочем, было ей свойственно, выслушала новую знакомую. Она, при всем своем расположении к когтевранке, не любила людей, которые много говорят. Впрочем, сейчас это девушку мало волновало. Она все еще продолжала самозабвенно вглядываться в вечернюю синь и даже почти уже не замечала ничего вокруг. Все, кто хорошо знал Кель, уже привыкли к подобным ее "трансам". Ну а тем, кто не знал казалось, что она немного "того". Наконец, Аст приказала себе опомниться и снова повернулась к Яське. - Нет, все нормально... Апатия может только слегка... - говорила она зачарованно, растягивая слова, по своему обычаю. Кель не знала, как продолжить разговор и только могла придумать, что уткнуться в пол.

Яська Блэк: *Яська проводила Нем взглядом. Когтевранка следила за ней, пока парочка не скрылась, выкрикнув на прощание какие-то слова, но Блэк их не услышала. Яська снова повернулась к Астрид и, склонив голову набок, стала разглядывать девушку. На темные волосы оседали снежинки, забавно вычерчивая узор. На руке когтевранки Яська заметила кольцо. Кажется, Блэк видела его на Астрид не первый раз. С интересом поддавшись вперед, мародерка стала разглядывать украшение. Небольшое колечко с бирюзой, при всей нелюбви к украшениям, влекло Яську. Забывшись, мародерка протянула к украшению руку.* А оно магическое? *спросила Яська, подумав, что вопрос прозвучал странно, словно ни от куда. - Надеюсь, он мне ничего важного не говорила, ибо я все прослушала. - Блэк подняла взгляд на Астрид и улыбнулась немного виновато. - Со мной явно сегодня что-то не так. Нет, наверняка опять похождения Юсти или Сохатой. - Блэк при этих мыслях чуть заметно поморщилась.*

Astrid Keehl: Когтевранка нервно засмеялась, подавляя в себе желание высосать энергию из Блэк. Это усилие много стоило для Астрид и у нее тот час же разболелась голова. Как она ненавидела это ощущение. Ненавидела так же, как и свою дурацкую способность. Голова болела не как у обычного человека, а пульсируя одновременно в пяти, а то и в шести точках, особенно в зоне затылка. Кель сморщилась от боли, но смогла - таки выдавить из себя жутко-натянутую улыбку. Она оперлась на подоконник рукою и опустила голову. - Нет, оно не наделено магическими свойствами, но иногда мне кажется, что оно высасывает из меня все силы, - она снова сморщилась, - извини за это.. Астрид все-таки уселась на подоконник рядом с Яськой и принялась растирать замерзшие непонятно от чего руки. Мысленно она "благодарила" свою прабабушку за то, что от нее ей в наследство достался вампиризм.

Яська Блэк: *Яська почувствовала резкую слабость и головокружение. Блэк шатнуло вперед и немного в бок, в сторону улицы. Когтевранка вцепилась в подоконник, чтобы не упасть, резко оттолкнулась от него и вернулась в нормальное положение. - У тебя потрясающая энергетика, ты находка для энергетических вампиров! - Женщина остановилась у решетки, огораживающий приют №5. - А вампиры это которые пьют кровь, да? - маленькая Яся, открыв широко глаза, смотрела на странную женщину. - Нет, они пьют твою энергетику. Впрочем, ты поймешь все, когда вырастишь. А пока вот тебе мой совет: если рядом с человеком почувствуешь резкую слабость и головную боль, скрести руки на груди, вот так. - Женщина показательно скрестила руки на солнечном сплетении, но в этот момент к решетке подошел воспитатель. - Яська, сколько раз тебе говорить не стоять у этой решетки. Никто за тобой не придет. - Воспитатель попытался шлепнуть Ясю, но та привычно увернулась и даже не заревела. Только оглянулась посмотреть на женщину, но той у решетки уже не было.... Когтевранка движением головы отогнала от себя воспоминание из детства и заметила, что ее руки уже давно автоматически скрещены на солнечном сплетении. Блэк быстро опустила руки, испугавшись, что таким жестом обидит Астрид.. Энергетических вампиров она встречала не так уж и редко и всегда безошибочно узнавала их. Но вот обижать она никого не хотела, не хватало еще потерять такую интересную собеседницу, как мисс Keehl.* -Зачем же ты тогда его носишь? - искренне удивилась Яська. Она посмотрела на озябшую когтевранку и протянула ей свои перчатки, благо у Блэк были запасные, которые она стырила одолжила у Юстиана.*

Astrid Keehl: Астрид холодно отследила движения Яськи, но этот уничтожающий взгляд был скорее от боли в голове, которая уже понемногу, да утихала. Кель злилась и на себя, и на все, что ее окружало. С ней это частенько происходило после таких приступов. Она у же хотела ответить когтевранке про кольцо, но осеклась на полуслове - у нее носом пошла кровь. Ну вот этого мне как раз не хватало для полного счастья - подумала Аст со злостью, которая уже была готова вылиться наружу. Спокойно, Кель, успокойся... Она быстро вытащила из своего маленького темно-синего чемоданчика носовой платок и приложила к носу. - Прости за это, - она почувствовала, как кровотечение прекращается, - ношу потому, что он достался мне от бабушки. А вообще оно безобидно, это чисто мои фантазии.

Melanie Sammet: Сегодня было на удивление безветренно. Даже здесь, в галерее с пустыми окнами, где обычно гуляет колючий ветер. Снег падал ровно, огромными хлопьями, и ложился на землю. скоро зима пойдет на завершение, и там, внизу, зажурчат ручьи. Как же ждала наступления весны маленькая Розье! Ждала, когда природа проснется ото сна и расцветет. Серость, а точнее, белость зимы, надоела уже даже Мелани, которая обычно на природные явлениями и прочее, неизбежное, смотрит взглядом "Так_оно_и_надо". Третьекурсница медленным шагом шла по галерее. Спешить было некуда, тишина проникала в сознание тонкой нитью, и звенела. Хотя, тишину нельзя было назвать идеальной. Внизу кипела жизнь, раздавался смех, крики, визги и прочие звуки, сопровождающиеся веселящихся первокурсников. Мелл редко можно было застать за таким занятием, как игра в снежки. Воспитанная в аристократичной семье она предпочитала проводить время за более спокойными и выдержанными занятиями. Сейчас таким являлась погулка по пустнынной галерее. Дойдя до очередного "пустого окна", юна волшебница остановилась и оперлась о широкий подоконник. Мыслей в голове маленькой Розье почти не было. А если и были - то какие-то мелкие, незначительные. Такое было редкостью, ведь обычно, голова раскалывалась от разных дум. Однако, вскоре, тишину разрезал очередной стук каблучков. Кто-то шел по галерее. Мелани повернула голову туда, откуда только что пришла, и увидела маленькую фигурку. Издалеко был виден красный шарф. Это был студент Гриффиндора. Розье напряглась, сама не зная почему и начала пристально всматриваться в приближющуюся фигуру. жду поста Лилиан Лайнес

Лилиан Лайнес: Фигурка достаточно быстро приближалась. Шаги гулко отдавались в полупустой галерее, вокруг которой кружились снежинки. Лил любила зиму. И не светлую, с голубым небом и хрустящим от мороза снегом, а такую безликую, серую, с мягким, пушистым снегом, который теперь окружал замок, похожий на сказочный пряничный домик Жаль, что снег все-таки тает... - подумалось гриффиндорке. Подойдя к Вамп Мелани, гриффиндорка остановилась, глядя на знакомую слизеринку, которая, кажется, не изменилась со времени последней встречи, но на самом деле даже держалась как-то по-другому. Может, повзрослела?.. Ведь виделись-то они давно... - Привет, Мел, - лицо третьекурсницы просветлело, на нем появилась улыбка, пусть, немного грустная, но улыбка. Первый вопрос, возникший в голове, - Как провела рождественские каникулы? Заинтересованно глядя в глаза Мел, Лили вспоминала эти поразительно веселые смешинки в них, когда они шумно веселились в гостинке. Но это было давно... Они выросли, но по-прежнему это время казалось притягательным. За плечами гриффиндорки находился незаметный сперва рюкзак. С утра Лил хотелось кофе, который прятался в маленьком термосе вместе с парой хрустящих булочек. Почти пикник... - еще раз оглядев помещение, в которое попала благодаря инструкциям Мелани, Лил снова взглянула на подругу.

Melanie Sammet: Вскоре в ученике Гриффиндора Мелани узнала свою давнюю подругу, Лилиан Лайнес. Внутри что-то кольнуло, хотя внешне это никак не отразилось на девочке - все тоже невозмутимое выражение лица, пронизывающий взгляд и сложенные в тонкую линии губы, на которых, казалось всегда, играла легкая ироничная улыбка - ухмылка. Как давно Мел не видела эту гриффиндорку, как много времени прошло со дня их знакомства, и как много изменилось с тех пор! На самом деле, многое изменилось в Мелани. Слизеринка кивнула подошедшей гриффиндорке и чуть приподняла уголки губ в дружелюбной улыбке. Казалось, даже на серьезном лице мелькнула тень веселости. Лилиан изменилась? Да, кажется, нет. Все такая же гриффиндорка, коей ее и помнила Мелани. Девочка как-то грустно улыбнулась и Мелани подумала, что наверное, гриффиндорка вспомнила день их знакомства. - Здравствуй, Лилиан, - склонила голову на бок, - Рождественские каникулы?, - Мел несколько удивилаь вопросу, ведь каникулы были уже достаточно давно. Хотя, что удивляться - девочки не видились, - Провела здесь, в Школе. Большую часть времени сидела в Подземельях. Зато теперь вот, выползла на свет Мерлинов, - ухмыльнулась, - А ты? "Второй человек, который помнит тебя совершенно другой, Мелани..." Только сейчас юная Розье заметила, что что-то висит за плечами Лилиан. Маленький рюкзак. Интересно, зачем девочке рюкзак сейчас ,с собой, ведь занятия давно закончились. Но, решив, что наверное оно не стоит внимание, Мелани не стала придавать этой вещице ровно никакого значения.

Лилиан Лайнес: Заметив и промелькнувшую улыбку и тень на лице слизеринки, Лил внимательно слушала простой дружеский ответ. Только.. чего она боялась? Боялась холодности в голосе, боялась отчужденности, связанной со всей этой самой взрослостью. Боялась больше всего. Выслушав Мел, Лили ответила: - Как ни странно, я тоже была в Хогвартсе, но с полной противоположностью - сидела у теплого гриффиндорского камина в окружении однокурсниц, чая, баек, песен и прочего чисто гриффского фольклера, - ухмыльнулась Лил. Третьекурснице надоело стоять и она сняла рюкзачок, вынимая из него аккуратно сложенный плед, на который сверху лег пакетик с булочками и маленький термос. Вслед за сим появились две алюминивые кружечки, напоминающие походные магловские и сахар, в форме - немного странно! - маленьких лягушат. Закончив с сервировкой, Лил посмотрела на Мел, как бы говоря: "Не откажешься присесть?"

Melanie Sammet: Мелани внимательно смотрела на гриффиндорку. Девочка входила в число друзей Мелани. В число тех людей, которым можно было дарить пусть едва уловимые, но такие теплые улыбки. В число людей, с которыми не хотелось быть обыдено-холодной формалисткой. В число людей, с которыми просто хотелось быть рядом. Мелани очень четко видила грань между друзьями и знакомыми. Со вторыми она держалась отчужденно и холодно. На вторых она смотрела с долей презрения и высокомерия. Вторым она отвечала кратко и остро. С первыми же все было иначе. Хотя, не каждый мог уловить это отличие так сразу, Мелани это чувствовала очень хорошо. - Знаешь, это хорошо. Факультеты наши Дома, где нас окружают друзья. Их нельзя забывать, - сказала Мелани и как-то странно хмыкнула. Что она хотела сказать этой фразой? Выразить сожаление, что они с Лилиан видятся так редко? Возможно. Сказать, что друзья для нее - важна часть жизни? Скорее всего. Гриффиндорка тем временем сняла с плеч тот самый рюкзак и выудила из него плед, который тут же расстелила на широком подоконнике. Далее, на покрывале появились разные съедобности, что начинало напоминать Мелани эдакий мини-пикник. Поймав взгляд Лил, Мелл одобрительно кивнула и вскарабкалась на подоконник, усевшись на плед, и расправив юбку. - Мини-пикник на свежем воздухе?, - ровным голосом спрсила девочка, очень надеясь на то, что ей просто показалось, что в какой-то миг он едва дрогнул. Идея Мелани нравилась. Что такого в том, что они посидят вот здесь, на пооконнике, поболтают и попью горячий кофе, который Лилиан припасла в термосе? Нужно было говорить.., - В этом году в Школу приехала моя мама, - сказала Мелани и посмотрела на Лилиан. Нужно было завести разговор. Рассказать, наверное, было что - немало времени прошло, - Быть может, ты ее знаешь, она преподает логику. Профессор Розье. Эва, - волшебница замешкалась, - А у тебя что нового?

Лилиан Лайнес: Обрадовавшись согласию Мелани, Лил присела на подоконник, разливая кофе по кружкам и размышляя над сказанным подругой. - Мы и не забываем. Просто.. Несмотря на всю их пользу, а именно заботу и развитие тех качеств, которые преобладают в личности, они нас немного разграничивают что ли... - задумчиво проговорила Лил, - А с другой стороны, что мне мешает прийти к тебе в гости? Инородной помещение и нехватка времени? Вот и встречаемся вот так, случайно, в пустынных хоговских коридорах, - все-таки не ответив на свой вопрос, Лилиан отхлебнула кофе. Божественный аромат. Начало дня было не очень, так сказать, удачным, бодрящий напиток был как нельзя кстати. Лил молчала. Смотря на Мел она видела ее прежнюю, как часть новой слизеринки. Тут же в голове поселились мысли о других людях. Из старых друзей у нее остались только Мел и Катарина... Зато этих людей действительно можно так назвать... - твердо подумала третьекурсница. Будучи гриффиндоркой, она раньше редко задумывалась над необходимостью "отсеивать" людей, делить их на группы. Но жизнь училаи проучивала. Да какая может быть жизнь у тринадцатилетки?.. А такая. Очень даже поучтельная. Поправляя то, что осталось от утренней прически, Лили слушала дальнейшую речь Мелани, которая, по-видимому, делилась новостями из жизни и просто хотела завязать разговор. - Мама? Нет, я с ней не знакома, - задумчиво продолжила Лил, пообещав себе, что обязательно посетит ее лекции, - ты на нее похожа? - последовал очередной вопрос. Лили вдруг только что поняла, как давно она не видела свою семью, по которой очень скучала. Заботы, лекции, студенты... Каждый день пролетал под названием "насыщенного" и "бурного". А порой просто хотелоь запереться в своей комнате, свернуться калачиком и ни о чем не думать, что в такие моменты, естественно, не удавалось.

Melanie Sammet: На самом деле, слизеринка сама не знала, к чему сказала про друзей. Просто, фраза сама слетела в губ. Однако, Лилиан поняла фразу как-то по своему. И это, признаться, радовало. Хотя бы потому, что ответ, осмысленный ответ, указывал на то, что гриффиндорка слушала Мелл. Что она здесь, с ней, не просто физически, но и мысли ее тоже здесь. Это не могло не радовать. Ибо юная Розье боялась, что окончательно утратили ниточку общения с третьекурсницей. На ее ответ Мелани только утвердительно кивнула. Рука потянулась за кофе. Горячий напиток, манящий аромат... Кружка оказалась крепко сжатой в руках. На ум невольно приходили мысли и о Катарине. Пуффендуйке, которая тоже немало изменилась за последнее время. Пуффендуйке, мировоззрение которой, казалось, перевернулось. Обнадеживало и обжигало то, что на круги своя уже ничего не вернется. Девочки закончили один "завиток" жизни, оставив его в прошлом, и перешли на новый. - Похожа..Хм... Думаю, да. Особенно, наверное, характер, - Мелл хмыкнула, заметив про себя, что, однако, до матери ей еще далеко, - Все таки, она воспитывала меня и Астрид, - когтевранка Астрид, родная сестра Мелани, - По-крайней мере, я всегда хотела верить в то, что похожа на нее, а не на отца, - Мелл глотнула кофе и он блаженным теплом разлился по горлу. Тут вдруг Мелл подумала, что ничего не знает о семье Лилиан. Подобные разговоры как-то не заводились, - А ты давно была дома? Знаешь, я ведь ничего не знаю о твоих родителях...

Лилиан Лайнес: Не совсем выйдя из задумчивости, Лил наблюдала за Мелани. Слизеринка казалась..немного скованной, не совсем верящей в происходящее. Гриффидорка ободряюще улыбнулась подруге, в голове промелькнула веселая мысль: "А ведь когда-то она хотела стать гриффиндоркой..." - Веселые огоньки в глазах Лил потухли так же быстро, как и появились. Что-то в атмосфере вокруг тушило их, не давая разгореться. Тем временем Мел взяла кружку с кофе и задала Лилиан впрос о ее семье. От гриффиндорки не ускользнуло и то, что Мел сказала об отце. Решив повеременить с вопросом, Лил начала рассказывать о своей семье: - Мои родители - волшебники, оба. Мама закончила Хогвартс, училась на Когтевране, отец - Дурмстранг, в который я чуть не попала... - сглотнув, Лили продолжила, - Отец постоянно в разъездах, ты же знаешь, что в его школе практикуют черную магию, поэтому и квалификация у него соответствующая, что-то сродня обезвреживанию опасных магических артефактов, точно не знаю... Но у нас дома много таких штуковин, которые уже не представляют опасности. Многие из них очень красивые, похожи на амулеты... - Лил замолкла. Она очень любила такую магию. Магию камней, фигурок, амулетов. Любила воск. Сама не знала почему. - А мама у меня маглорожденная, ей нравится ее магловская профессия, она работает в книжном магазине, - закончила гриффиндорка. Она не знала, как правильно нужно рассказывать о своей семье и рассказала так, как получилось. Повисла тишина и третьекурсница снова посмотрела на Мел, которая внимательно выслушала рассказ. - Что-нибудь хочешь спросить? -снова ободряюще улыбнулась гриффиндорка. Рядом с Мелани просто хотелось так улыбнуться, чтобы поднять ей настроение, показать, что ты здесь, рядом, чтобы она улыбнулась в ответ.

Melanie Sammet: Мелани внимательно слушала рассказ Лилиан о семье, украдкой думая о своей. О матери, об отец, о сестре. О родном особняке в Лондоне и вообще, о детстве. Хотя, несмотря на эти вкрадчивый мысли, Мел прекрасно слышала, что говорит гриффиндорка. Слизеринка крепко сжимала чашку в руках, переодически глотая из нее приятный горячий напиток. К концу рассказа Мелл улыбнулась Лилиан. Все таки приятно было вот так просто сидеть, ни о чем не думать, и просто общаться. Формалистка, аристократка, и просто серьезная не по годам Мелани и та хотела иногда вот так пообщатьс с друзьями. Не только со Слизерина, но и с других факультетов. Хотя, последнее время, круг общения ограничился именно на слизеринцах и одной когтевранке - сестре, Астрид. Хотя, большую часть времени Мелани проводила одна, гуляя по Школе. Изредка заходила в кабинет к матери, посидеть рядом и попить чаю. Но это было не так часто, ведь девочка понимала, что в Школе Ив много работает, и отвлекать ее - дело не очень хорошее. - Спросить?, - Розье вопросительно подняла правую бровь и посмотрела на сидящую рядом Лилиан, - Даже не знаю, мы ведь так давно не виделись, а тут так неожидано. Мысли путаются, в голове сумбур, - улыбнулась, - Так странно, знакомы уже три курса, а я я даже о тебе ничего и не знаю, - Мел пожала плечами. Лилиан тоже не знала о семье Мелани, но сейчас слизеринка об этом не думала, - Приятно так, спустя время, узнать что-то новое, - глотнула еще кофе. Есть не хотелось, поэтому булочки были не тронуты, - Ну а я, как говорила, дочь одного из профессоров Хогвартса. Эва Розье, преподаватель логики. А отца зовут Кристианн Нотт. Он.., - слизеринка замялась, не зная, зачем говорит, не зная, хотелось ли Лил что-то знать о ее семье. - Он, в общем, свернул немного...не на ту дорогу.

Лилиан Лайнес: услышав реплику Мелани, Лил поспешила ответить: - М-мм.. Понятно. Ну что тебе рассказать, незнающая ты моя?.. - Лил снова улыбнулась, - Кроме того, что ты слизеринка, а я гриффиндорка до мозга костей, можно прибавить то, что мы живем в небольшом коттедже в пригороде Лондона, отец не общается со своей семьей. Так получилось, поэтому в Германии мы не имеем возможности погостить... Но это не так уж важно для меня, главное, чтобы родителям было хорошо, я же здесь... иногда я по ним очень скучаю. И давно не получала от них писем и не писала сама. Да никому почти не пишу. Еще у меня есть кот, гуляющий-сам-по-себе по гриффиндорской башне. Я большая сладкоежка. Да... - исчерпав "филосовские" мысли, Лил добавила, - а в гостиной почти не бываю, в смысле, общей... Почему-то кажется, что меня там уже давно забыли, а на самом деле, несмотря на обилие новичков, достаточно многое осталось прежним. Ах, про уроки.. Я люблю тайнопись и магловедение. Но, к сожалению, профессор Смит покинула преподавательский состав, - кажется, закончив, Лили подумала, что она стала как улитка, сидеть в башне, общаться только с гриффиндорцами.. Посмотрев на Мел, Лил подумала о ее жизни, ее круге. Сейчас она казалась такой аристократичной, но Лайнес была уверена, что сможет рассмешить слизеринку, если это понадобится. - И..да. Мой любимый цвет - ЛиЛовый, - с видом знатока добавила Лил. Сама не зная, откуда этот фетиш, гриффиндорка ждала рассказа Мел.

Melanie Sammet: Внимательено выслушав Лилиан, Мелани немного потупила взгляд - столько информации, в то время как сама слизеринка почти ничего о себе не рассказала. Интересно, а это требовалось? Хотя важно ли это, когда люди просто общаются? Просто Мелани привыкла всегда и во всем искать смысл. И сейчас он определенно был. При упоминании о любимом цвете Мел слегка удивленно глянула на Лайнес и на ее лице появилось подобие улыбки. Что ж, наверное, стоило выдать ответный рассказ о себе. - Я родилась в Лондоне, в семье Эвы Розье и Кристианна Нотта. Как я уже говорила, мама сейчас преподает в Школе, Логику, а прошлом она была мракоборцем. Но оставила Министерство тогда, когда родилась я, а потом еще и Астрид. Сама она выпускница Слизерина. Воспитывались мы именно матерью, ибо она была против гувернанток, за что я ей честно благодарна. Отец же..хм.., - Мелл нахмурилась, - Не особо люблю об этом говорить, но Розье старший переманил его на сторону ПС. Сложились такие "разно-политические" отношения, - хмыкнула, - что служило повод для ссор. Насчет любимых предметов даже не знаю. Каждый интересен по своему, каждый по своему полезен. Определенно, люблю змей и увлекаюсь легиллеменцией..хм..ну, вот наверное и все.., - Мелл показалось, что рассказ вышел каким-то плоским, но добавлять что-либо еще не хотелось. Если Лили что-то заинтересует - она едь спросить может. Как страно это выглядело. Словно девочки заново знакомились. Хотя, в чем-то это было именно так. Когда люди не общаются долгое время, они уже многого не знают друг о друге, следовательно им приходится заново "знакомиться".

Лилиан Лайнес: Лили слушала рассказ Мел, который, несмотря на личный характер, казался зачетом, словно кто-то его задавал учить на дом. Удивившись своим странным мыслям, Лил снова стало не по себе при упоминании ПС, тему которого слизеринка старательно избегала. Как и у самой гриффиндорки, расказ вышел немного странным, но нельзя было назвать его несвязным. Походило на знакомство с биографией великих людей. Подумав про магловского изобретателя Эдисона, который в детстве проявлял незаурядные способности, улыбка Лил еще немного вытянулась. Рядом стояла Мелани, лицо которой мало что выражало, как-будто из гранита, но на самом деле Лайнес все прекрасно понимала. Образ жизни, детство, манеру поведения... Лил всегда знала, что у нее в общем и целом благополучная семья. Что сказать третьекурснице. стоящей рядом, на не знала... - Расслабься, Мел, все нормально, - улыбнулась Лайнес, стартельно пытаясь сгладить шерховатости. Не зная, чем продолжить беседу, Лил облокатилась на подоконник, за окном которого все еще падал снег... Внизу, на дорожке, семенили второкурсники, кучкуясьи спотыкаясь. Выглядело это забавно, поэтому гриффиндорка вспомнила себя, только что пришедшую в Хогвартс. А вспомнить было что... но едва ли она жалела о чем-то. О паре моментов, но: - За свое настоящее мы должны быть благодарны своему прошлому, - весьма тихо уточнила третьекурсница.

Melanie Sammet: Какая атмосфера царила сейчас в галерее с пустыми окнами? Серая, холодная, стекланная, колючая и напряженная. Исходила она, конечно же, от слизеринки, которая к подобному просто привыкла. Которая другого не могла себе позволить. Девочка очень отчетливо почувствовала укор совести, ей стало... не удобно (?) перед Лилиан. Гриффиндорка улыбалась, пыталась разрядить атмосферу, а Мелани... А Мелани вела себя так, как привыкла, создавая не совсем обыденную обстановку для собеседницы. Однако, что Розье могла сделать, если она просто такая, до мозга костей. Фраза "расслабься" подтвердила догадки слизеринки. Прямая осанка, сосредоточенный взгляд, идеально опрятна форма и немногословие. Конечно, со стороны она наверняка выглядела напряженной, хотя внутренне была абсолютно спокойной. Как донести это до гриффиндорки? Мел попыталась улыбнуться. Улыбнуться не ради улыбки, а улыбнуться чисто и искренне. Не той улыбкой, про кторую можно сказать "от уха до уха", а улыбкой, которая могла быть выраженна лишь легким поднятием уголков губ. Улыбнулась... - Конечно, все нормально, - кивнула, - Страно я наверное выгляжу со стороны, - хмыкнула, - Но это вполне повседневное состояние. Никакой напряженности... Слизеринка посмотрела вперед перед собой, а потом вниз, туда, где веселились ребята. Девочка заметила странное выражение лица гриффиндорки - что это было, сожаление? Ностальгия? или, скорее, воспоминания о прошлом, с помесью сожаления. Да, от Мелл было сложно что-либо скрыть, слишком проницательный у нее был взгляд, которого некоторые порой даже пугались. - О чем ты думаешь?, - спроси слизеринка ненавязчиво, решив, что задать вопрос прямо: "Ты о чем-то жалеешь?" было бы не очень прилично.

Лилиан Лайнес: Лил чуть не пропустила мимо ушей очередной вопрос Мелани, рассматривая заснеженные пейзажи, которых почти не видела. То что мы видим глазами, не всегда то, что мы видим на данный момент. - А?.. Да так... - грустно пожав плечами, Лили снова посмотрела на Вампиру... (само так пишется..) Мел, - Кажется, будто мы выросли, кто-то, чисто внешне, кто-то внутри, кто-то остался позади... - кто остался позади, Лил решила тактично умолчать, вот уж чего гриффиндорка никогда не забудет, каково терять людей, разочаровываться в них и оставаться одной на едине со своими мыслями. А ведь все это она узнала именно в Хогвартсе. Так надо ли его благодарить, или же наоборот?... - Знаешь, Мелани, порой мне кажется... Что я закрываюсь ото всех, сбегаю и стараюсь обходить людные места, скопления учеников, что приводит к тому, что меня мало кто знает, а виновата я сама.. Но когда не ждешь, всегда находятся люди, готовые вспомнить, кто я такая и улыбнуться просто втрече, - как-то немного скованно закончила Лил. стараясь придать голосу отчужденность и безразличие, что, несомненно, получилось бы у слизеринки гораздо лучше.

Melanie Sammet: Быть в стороне. Улыбаться, но быть серьезной. Слушать, слышать, но не придавать значения. Быть со всеми и ни с кем одновременно. Все это было знакомо Мелани. Последнее время она не особо любила крутиться в центре каких-либо "систем", компаний, которые постоянно гудели то там, то тут. Она предпочитала короткие ничего не значащие, формальные диалоги, чисто из вежливости. Она наблюдала за жизнью со стороны, но в тоже время, была внутри нее, не придавая этому значению. Все происходящее "проходило" через девушку, хотя она старалась не придавать этому значения, и пропускать мимо. Отчужденность и безразличие. Порой, напускные. Этим и жила Мелани, хоть и часто приходилось притворствовать. Так же часто приходилось и выражать интерес, но из вежливости. Кому-то другому такой мир мог показаться серым и сухим, но только не Мел, которая любила тот маленький мирок, в котором жила. Мирок, в который пускала только самых дорогих... - Жизнь стремится вперед, как растения в солнцу, - начала Мел. Отчужденно, безразлично, - Кто-то поспевает за этим ходом жизни, - многозначительно, - А кто-то нет. И остается позади. Очень часто эти люди очень дороги, но поток жизни несет вперед, и оборачиваться назад уже нельзя - можно застрять. Никогда не оборачивайся назад, если хочешь стремиться. Иначе найдется что-то, что заставит остановиться, погрязнуть в общей рутине, слиться с массой. Философские речи Мелани не особо любила, но порой, они выходили сами собой. Девочке казалось, что она говорит просто и понятно, а некоторым в то время могло казаться совсем иное, и тогда они возмущались: "Ну вот, опять философию развела!". Так и сейчас. Мел говорила то, что видела, что чувствовала.. - Вот только жалость - низкое чувство, - как то резко сказала слизеринка, словно отрезала, - Жалеть нельзя, никого и ничего. Нужно смотреть вперед, не оборачиваясь на "отставших". Да, о них можно помнить, и даже нужно... Но нельзя прерывать поток своей жизни из-за них, - чтож, слова эгоистки, зато чистые и искренние, не прикрытые лестной ложью.

Лилиан Лайнес: Лилиан стояла и слушала. Сначала голос Вампиры Мелани звучал тихо, но отчетливо, затем все громче, как нарастающий снежный ком. Казалось, что мысль, высказанная слизеринкой, достигла апогея и резко ухнула на первую ноту. Понять, что чувствовала Мелани, не составляло большого труда только тем, кто действительно знал, о чем говорит третьекурсница. Лил же не могла полностью отнести себя к таковым.. Зачастую гриффиндорка оставалась "позади". Сказать, что речь была филосовской?.. Была. Но говорят это те, кто чаще хочет просто обратить серьезный разговор в шутку и перейти на бональную болтовню. А болтавня с Мел, кажется, уже исчерпалась. Да и не сказать, чтобы можно было просто завести бессмысленную беседу, словно это старая и надоевшая жвачка. Лил не любила такие. Да и слизеринка, не сомневалась Лили, тоже. Вот только.. Последние слова как-то особенно отпечатались внутри гриффиндорского сознания. Казалась, Вампира забыла, что с возрастом девочки все больше и больше придаются влиянию факультетов. Нет, это только казалось. В любом случае, Лил осталась при своем, оставив девиз "за теми, кто остался, не возвращаемся" слизеринцам. Почему так по-факультетски критично? Потому что гриффиндорка тоже не любила лесть. И не важно, прикрытую или неприкрытую. Да и не умела льстить. Льстят те, кто не знает иных методов.. - сказала себе Лил. Или те, кто знает, но не хочет потерь, - раздалось эхом внутри. Странно. Когда-то давно ей сказали. что у нее букет слизеринских качеств. Каких? - спросила тогда маленькая Лил. И оказалось, что стоит лишь посмотреть на мир сквозь чужую призму, он меняется.. - Иногда чужая брошенная жизнь важнее продвигающейся собственной, - лишь эту фразу сказала Лилиан. Даже если этому человеку на тебя наплевать. А еще третьекурсница почти не сомневалась, что Мел сейчас фыркнет от избытка "глупой" человечности. Или чего там еще ненужного в жестком и холодном характере?..

zora: *Зора много слышала про это место, но ещё не разу здесь не была. А зря. Здесь тихо, очень тихо. Зора забралась на подоконник. Прислонилась затылком к холодному камню. Закрыла глаза. Её бурное воображение тут же нарисовало высокие горы с заснеженными вершинами, она летит высоко под облаками и смотрит вниз. Девочка улыбнулась. Открыв глаза она выглянула в окно. Там лил дождь.* -А что - сказала Зора в пустоту - гроза на минуту а солнце навек.

Heather McMillan: - А мне после такой жары дождь очень даже нравится, - послышался голос Хезер. Собственно, и сама она была здесь же. Нет, девочка не следила за Зорой, просто проходила мимо. Куда проходила? Ой.. забыла. Да и не суть как важно, если уж забыла - значит, в то место пуффендуйке и не особо надо было. Хезер подошла к Зоре и уселась рядом. - Ну... как у тебя дела, рассказывай? На каникулы здесь останешься или уедешь домой? Я хочу здесь остаться, привыкла. Да и сестренка теперь здесь. Хотя, может быть, Ру захочет вернуться к родителям... Для меня уже Хогвартс стал домом, поэтому назад не тянет. Да и недавно только вернулась. И на день рождения, скорее всего, здесь останусь... Закончив болтать, Хезер высунулась в арку и чуть не кувыркнулась. Слава Мерлину, все обошлось. А еще Хезер нравился двор Хогварста, весь в лужах... Зато такой посвежевший. Девочка посмотрела на противоположную стену. Ничего интересного... Пустые рамы с паутиной... - Как думаешь, где они? - задумчиво кивнула Хезер на рамы. - И кто на них был изображен?

zora: -Привет Хез. *Девочка улыбнулась.* -На каникулы останусь здесь. Домой как и тебя не очень тянет. Я была там во время семестра. Ездила на месяц. Знаешь там ничего не изменилось, всё по старому. Только вот соседи расспросами замучали. *Зора взглянула туда куда указала Хез. Пустые рамы и... ничего.* -Не знаю. Но на раме должно быть подписано. Наверное? *Девочка встала и подойдя к ближайшей картине попыталась стереть пыль руковом мантии. *

Kristian Rosier: Было уже за полночь. Небо вкрадывалось мрачным взором в каждую частицу распростершегося под ним мира, пронзало его снегом, напоминающим быстрые ледяные уколы. То ли крупицы счастья, то ли осколки горя - этот снег казался особенным, нераспознаваемым. Он стремительно падал и словно бы хотел донести важную весть, барабаня по металлическим выступам крыш, повторял некую подробность, о существовании которой давно позабыли, но которая, быть может, вспомнится когда-нибудь. Снег намекал на это своей неясностью, неопределенностью. Снег был посланием... Кристиан покинул пределы пуффендуйской гостиной и отправился в галерею без портретов, загадочное место Хогвартса, пустое и тихое, но вместе с тем настолько оживленное тишиной, что непрестанно движущееся или, по крайней мере, дающее движение. Молодой человек был третьекурсником, отчего, прознав о некоторых секретах и уловках, мог странствовать в такой поздний час. Конечно, он бы не посмел проникнуть, скажем, в Запретный лес, сейчас наиболее всего опасный, да и впрочем, ему не хотелось в те края, насыщенные многими тёмными легендами и преданиями. Кристиан шёл именно в эту пустую галерею, безликую и противоречивую. Главное противоречие и манило к себе юношу: галерея, в которой нет портретов, окна, что пусты. Картины - окна в мир души художника. Эти картины ничего не запечатлевали на себе...Галерея жива образами, щедро внесенными кистью творца. Здесь не было образов, однако галерея жила...

Доминика Шанталь: Пробежав по длинным коридорам слизеринских подземелий, Доминика едва дышала. Она вихрем ворвалась в галерею, тонкая мантия трепетала позади словно крылья.. Поравнявшись с первым же пустым окном, девушка без сил опустилась на пол и горько разрыдалась.. Сдерживать слезы она больше не могла.. слишком больно.. А здесь ее никто не увидит..

Kristian Rosier: Кристиан стоял перед одной из пустых картин в конце галереи. Он размышлял о том, почему это место столь близко его душе, скользил взором по однотонному полотну. Молодого человека легко можно было не заметить - полумрак делал неясными образы в этой части галереи. Тишину нарушили быстрые шаги. Кто-то бежал. Ещё секунда, и на пороге появилась девушка. Даже издали горе, по-видимому с ней произошедшее, было столь очевидным, что не требовало каких-либо доказательств. Выйдя из тени, Кристиан направился к девушке. "Возможно, она пострадала от чего-то и её нужно отвести в больничное крыло?..Кто знает?.." - пронеслось в сознании юноши, и он ускорил шаги. Подойдя к плачущей незнакомке, Кристиан спросил: - Что с Вами? Вам нужна помощь?..Что-то произошло?

Доминика Шанталь: Какое ужасное, отвратительное чувство! И как давно она его уже не испытывала.. - Что с Вами? Вам нужна помощь?..Что-то произошло? Доминика едва не подпрыгнула, услышав незнакомый голос за спиной. Она поспешно вытерла слезы тыльной стороной ладони и попыталась сделать несколько глубоких вдохов. - Нет.. Я.. - голос девушки срывался - Не нужно.. - мысли путались, а дыхание никак не хотело восстанавливаться (*Господи, он подумает, что я сумасшедшая!*). Наконец Доминика смогла сделать глубокий вдох и перестала всхлипывать. Она повернулась к незнакомцу, в ее глазах все еще блестели слезы, но мужественно сдержав их, Доминика сказала: - Нет, спасибо. Мне не нужна помощь. Все в полном порядке, - слизеринка обреченно вздохнула и закрыла глаза.

Kristian Rosier: - Но почему же Вы плачете? Вы ушиблись или поранились?.. - произнес Кристиан в смятении. - Будете воду? Вам сейчас нужна вода!..Вот. - молодой человек всегда имел при себе бутылочку "Серебряного родника", питьевой воды Пуффендуя, которая била ключом из фонтана в Солнечной оранжерее факультета. - Выпейте, пожалуйста, Вам полегчает! - юноша наполнил стаканчик, так кстати оказавшийся в его сумке, водой и протянул его девушке. - Это очень добрая и светлая вода! Часто она меня успокаивала и приободряла. Вам станет легче. Кристиан не хотел показаться назойливым, но оставить плачущую волшебницу в пустой галерее тоже не мог. Ему казалось, что горе девушки связано с каким-то нежелательным событием в её жизни, теперь обрушившимся на неё и вызвавшим такую печаль... - Выпейте, в жизни всякое бывает...

Доминика Шанталь: Волна холода, поднявшаяся изнутри и едва не заморозившая ее в Серебрянм Гроте, вновь окатила слизеринку с ног до головы. Доминика взглянула на парня, пытавшегося успокоить ее и протягивающего ей стаканчик с водой. Кажется, он из Дома Пуффендуй. Доминика хотела отказаться и уже покачала головой, но затем протянула дрожащую руку и взяла стаканчик. Сделав несколько глотков чистой воды, девушка вернула стаканчик и снова внимательно посмотрела на юношу. - Спасибо, - тихо сказала она. - Мне действительно лучше. - Не могла же она рассказать незнакомому человеку обо всем, что на нее свалилось, тем более, что он смотрел на нее с таким искренним сочувствием. Глаза ее все еще были влажными от слез, но Доминика все же успокоилась. - Вы меня простите, я не думала, что здесь кто-то есть. Наверное, я вам помешала. - Слизеринку все еще немного трясло от холода и пережитого ею потрясения, но она изо всех сил старалась держаться.

Kristian Rosier: - Вы ничуть мне не помешали! - Ответил молодой человек. - Я пришел в пустую галерею под властью смешанного чувства...И здесь нашел нечто интересное. Парадокс, возможно. Галерея без картин вроде бы и не галерея уже! Пустые полотна...Мои мысли привлекло противоречие этого места. Его нелогичность и даже революционность по отношению к здравому смыслу. Юноша окинул взглядом безмолвные холсты: - Пустая галерея - образчик грусти...Вы молодец, что выпили воду! Она возвращает к реальности, - улыбнулся юноша и продолжил, - меня зовут Кристиан, учусь на третьем курсе Пуффендуя.

Доминика Шанталь: - Доминика, - представилась девушка, - слизеринка.. первокурсница. - Оглядев пустую галерею, она снова посмотрела на своего нового знакомого. Вспомнив его слова о возвращении к реальности, девушка тихо добавила. - Порой реальность просто убивает, и от нее очень хочется сбежать. - Зябко поежившись от холода, Доминика плотнее запахнула свою тоненькую мантию. - Спасибо вам, Кристиан, - девушка подышала на руки, пытаясь согреться. Силы покинули ее, и ища поддержки, Доминика прислонилась спиной к стене. - Что же интересного вы нашли в этой галерее? - тихо спросила она.

Kristian Rosier: - Приятно познакомиться, Доминика! - Улыбнулся молодой человек. - Раньше я здесь никогда не бывал...Эти картины, которые нельзя именовать таким образом, были когда-то домом для творений чей-то кисти. Почему они теперь пустуют?..Галерея должна быть наполнена жизнью красок! Здесь же одни рамы...Эта пустота напоминает мне о реальности многих людей, об их бесцельных целях, суете их жизни. Суета всегда отличалась пустозвонством! - Юноша расплылся в улыбке. - Эти люди хоронят себя, подчас обрекая других на подобную же участь. Эти люди сущее противоречие: во главу их жизни ставится то, чему следует отводить второстепенное место, они превозносят что-то нелепое. И именно из-за этого от реальности хочется сбежать, Доминика - ведь реальность, та, что окружает нас, это те пустые люди, картины без души, без красок.

Доминика Шанталь: - Да вы философ, Кристиан, - девушка попробовала улыбнуться, но у нее ничего не вышло. - Возможно, вы правы.

Kristian Rosier: Немного помедлив, молодой человек продолжил: - Да, окружающее нас это люди, иные реальности, иные законы, изменить которые практически невозможно. Люди - иная воля по отношению к нам, воля, как правило, нами не контролируемая, живущая своим мерилом действий. Но и эту неподвластную нам волю и всё окружающее в целом воспринимаем именно мы! Только мы наделяем смыслом мир, в котором живём, в котором встречаемся с людьми. Этот внешний мир пропускается через нас: через наши органы чувств (физическая стадия), через наши представления и внутренний мир, через наши ценности (духовная стадия). Мы наделяем мир красками, душой. Он, мир, уподобляется вот этой пустой картине, - Кристиан указал на ближнее к ним безмолвное с виду полотно, - которую мы призваны писать, писать картину, вносить именно свои краски в неё. Пустое полотно - поле для творчества. Это похоже на новое измерение искусства и, вместе с тем, на новое измерение жизни. В этой галерее нам ничего не дано готового, которое можно было бы созерцать, не участвуя в его творении. Здесь мы сами избираем тона, сами вершим нечто, кистью нашего внутреннего мира наносим мазки. Здесь мы раскрываем себя как творцы! Как творцы нашей жизни, каковую пишем мы и видим мы.

Доминика Шанталь: Несмотря на то, что Доминика едва стояла от усталости, моральной и физической, она задумалась над словами Кристиана. Вероятно, раньше она бы полностью с ним согласилась. Но сейчас.. В любом случае, девушка была приятно удивлена тем, что Кристиан, совершенно не знавший ее, пытается поддержать и отвлечь ее от грустных мыслей. - Когда человек счастлив, он на самом деле творит свою жизнь. Творит ее такой, какой видит, используя при этом самые яркие тона и самые веселые краски. Но если от сердца и души остались лишь осколки, по которым ежедневно топчутся, казалось бы, самые близкие люди, жизнь видится только в самом черном цвете. И человек пишет картины своей жизни только черной краской. Знаете, каким ярким и выразительным может быть черный цвет?!.. Но это до тех пор, пока человек способен что-то чувствовать и.. плакать.. Потом душа высыхает, и остается только пустота.. как на этих картинах.

Kristian Rosier: - Знаете, мне сейчас тоже тяжело на душе: не ладятся отношения на факультете, причина чего лежит во мне. Но с собой сложно бороться. С деканом я не в ладу, в чем снова повинна моя порывистость и эгоизм...Так обидно, я сознаю все свои промашки, но это меня не исправляет. Недавно у нас на факультете появилась Спячка (в прямом смысле слова), существо, которое ходит повсюду и усыпляет. Я проявил грубость по отношению к ней в своих высказываниях...Был разговор с деканом. В завершение разговора я опять выказал эгоизм, одной из своих фраз("Ладно, забудьте") сделав ему одолжение, о чем он заметил: "Только не надо мне делать одолжений"...У нас всё натянуто, и виноват я. Просто больно. Я хочу помочь факультету, но выходит врежу ему.

Доминика Шанталь: - Если вы в самом деле хотите помочь, то обязательно сумеете это сделать.. Например, просто выполняя задания и принимая участие в важных для факультета событиях. Говорить что-то при этом совершенно не обязательно. Постепенно декан и окружающие оттают. Если вы на самом деле искренне переживаете (а мне кажется, вы искренний человек), все наладится, выход непременно найдется.

Kristian Rosier: - Спасибо, Доминика. Вами указанная стратегия действий верна. Как Вы поживаете?

Доминика Шанталь: "Отвратительно!" - подумала девушка, но сделав глубокий вдох, Доминика натянуто улыбнулась и сказала: - Мне уже лучше.. Я не умерла от горя и боли, и это уже хорошо. Спасибо, что поддержали меня..

Kristian Rosier: - И Вам спасибо. Рад был помочь.

Марвин Миллер: Просьба - не вмешиваться. *Вытащив из шкафа свою черную парадную мантию, накремив до блеска туфли Миллер посмотрел в зеркало. Узоры на черной мантии сверкали в тусклом свете подземелий таким же тусклым светом. Молча кивнув самому себе в зеркало Марвин накинул капюшон, закинул на плечи рюкзак. Да-да, тот самый рюкзак, что он носил с самого первого курса. Надо же, он до сих пор выглядел как новенький. Чары отца видимо не ограничены во времени. В этом рюкзаке хранились вещи на все случаи жизни. Если бы не он Марвину пришлось бы туго. Оглядев на последок свою комнату Миллер закрыл дверь и лёгкой походкой, слегка шурша мантией и цокая каблуками туфлей пошел по коридорам Замка. Он до смерти не любил туфли, но ради такого случая не мог надеть свою привычную обувь. Всё таки он воспитан в аристократических манерах и не должно ему идти на важную встречу в столь примитивной обуви, как кроссовки. Искоса поглядывая на стены коридоров Замка он стал вспоминать, насколько много с ними связано. 7 лет жизни он пробегал по ним. Он помнил всё, до последнего мига. Как только пришел и эти стены казались ему незнакомыми, как он стал их исследовать, медленно, постепенно. И вот он снова рядом с ними, но за спиной уже семь лет учёбы, практика в Министерстве. А он до сих не знает и половины секретов Замка, не знает куда ведут некоторые ходы но сейчас не самое подходящее время заниматься исследованиями. Он и так уже стал опаздывать, по своим собственным представлениям.* *Дойдя до желаемой галереи Марвин остановился. Бросив рюкзак на пол он осторожным движением снял капюшон, осмотрелся. Вроде пусто, тихо и хорошо. Какая прелесть. Никаких людей, никакого другого магического народца на первый взгляд. Его не переставала радовать эта ночь. Медленным движением руки он стал искать во внутреннем кармане палочку. Как только он нащупал её парень резким движением вытянул её из кармана. Затем, преподнеся к лицу, стал с деловитым видом рассматривать её. Надо же, ни царапинки, ни вмятинки. Даже блеск остался как у новой, прав был продавец, саксаул в сочетании с остатками дементора даёт этой палочке невообразимую стойкость перед временем. Хотя 8 лет не срок, что бы изменить палочку. Улыбнувшись палочке краешком губ, он помнил насколько часто она его выручала. И в шалостях первого курса, а на неудачных парах и конечно в моменты триумфа. И сейчас ей так же предстояла важная миссия, подготовить для встречи. Резко убрав палочку от лица Марвин сделал ей вальяжный взмах и прошептал магическую формулу. Из палочки подул лёгким ветер, что заставлял прямо из воздуха возникать красивый стол в стиле XIX века и рядом с ним такие же стулья. Миллер обязан был быть настолько сосредоточенным на заклинании, что даже пришлось перестать дышать. Как только заклинание полностью сработало Миллер упал без сил и вынужден был потратить около десяти минус на возвращение в прежнюю форму и восстановление дыхания. Как только он полностью пришел в норме он шепотом поблагодарил палочку и поднявшись отряхнул с себя пыль. Довольно посмотрев на стол он подошел к рюкзаку и стал, что-то в нём искать. Достав из него красивую, белоснежную скатерть, парочку серебряных тарелок с различными печеньями графин наполненый свежезавареным чаем. Расставив это всё по столу Миллер так же извлёк из рюкзака перо и пергамент и, быстро написав записку подруге, всучил её вовремя прилетевшему Алистеру (его ворону) и отойдя к окну стал покорно ожидать её прихода*

Елизавета Корф: Лиза сидела в кресле, упиравшись локтями в подлокотники и сложив пальцы домиком думала, когда услышала шум, словно птица клювом постучала в окно. Она медленно перевела взгляд на Виктора, сидевшего на дальнем углу стола, и пожав плечами убрала ноги со стола. Сокол моргнул и Корф, наконец, поднялась и подошла к окну, резким движением одергивая шторы, пытаясь разглядеть в ночи ее неведомого гостя, но плохое зрение и сумрак сделали свое дело: девушка видела лишь смутные очертания какой-то крупной птицы. Переглянувшись еще раз с Виктором, она распахнула окно и отклонилась в сторону, пропуская черного ворона, который показался ей смутно знакомым. Пожав плечами, она взяла со стола очки и, одев их, подошла к птице, удобно устроившейся на спинке кресла, узнавая личного ворона Марвина, а так же вспоминая, что у птицы был довольно отвратительный характер. - Вот так сюрприз, Алистер, я тебя не ожидала увидеть, - она протянула руку к ленте, привязанной к лапке Алистера и потянула за край, - Ты ведь не сделаешь того, что сделал в прошлый раз? - голос ее был мягкий и тихий, но видимо ворона не устраивало это, поэтому он нетерпеливо клюнул девушку в руку, от чего она слегка дернулась и тут же посмотрела на своего любимца и покачала головой, давая понять, что все в порядке. Отвязав наконец записку, когтевранка благоразумно сделала большой шаг в сторону и показала глазами на окно: - Ответа не будет, можешь лететь к хозяину, - она взмахом волшебной палочки закрыла створки, сразу как Алистер покинул ее комнату, только сейчас ощутив, насколько холодно стало в помещении. Пробежав взглядом по написанному, профессор кинула записку на стол и взмахнула волшебной палочкой еще раз, открывая на этот раз дверцы шкафа: "Хм, а дресс-код то какой?" - эта мысль поставила девушку в тупик и она растерянно осмотрела висевшие там вещи. Наконец вытащив наугад платье она переоделась и обув черные лодочки на высоком каблуке покинула комнату, едва успев прихватить мантию уже ходу накидывая ее на плечи. Стук шпилек о каменный пол всегда раздражал девушку, поэтому на все туфли было наложено заклинание, заглушающее его, что позволяло ей передвигаться бесшумно и появляться неожиданно. Остановившись в самом начале галереи, она посмотрела на стол и перевела взгляд на спину слизеринца, стоящего возле одного из окон, и осторожно подошла к нему. Странно, казалось, еще вчера они только познакомились, казалось, еще вчера они были детьми, а теперь... Что теперь Лиза не могла толком сказать; дипломы для обоих, преподавание для нее, и вот в стенах их Дома они уже взрослые и порой кажется совсем не те, что когда-то бегали здесь. Тряхнув головой, прогоняя охватившие ее мысли, выпускница подняла руку и положила ее на плечо слизеринца, продолжая стоять все также почти вплотную к нему и мысленно благодаря себя за догадку одеть туфли не с самым высоким каблуком, сейчас она была чуть ниже своего друга. - Я здесь, - голос был все таким же тихим, как и в комнате, наверное, только наличие теплоты в нем отличало его от того, каким она говорила с вороном. Девушка тут же мягко улыбнулась, стоило только ее взгляду встретиться с глазами начинающего поворачиваться Марвина.

Марвин Миллер: *Как только Алистер вылетел из окна неся важное поручение Марвин стал вглядываться в темноту и не смотря на своё плохое зрение пытаться найти там, что-то, что дало бы ответы на все его вопросы. Сейчас один из самых важных дней в его жизни, он это прекрасно понимал и с трудом скрывал волнения. Спустя десять минут вернулся Алистер. Присев на плечо хозяина он стал наблюдать темноту в унисон Марвину. Только видел он там намного больше, не смотря на свой уже немалый возраст. Парень немного завидовал ворону, ему намного проще жить, ни о чём думать не нужно. Жильём обеспечен, за провизию думать не нужно, длля этого есть хозяин. Живи себе, радуйся да вовремя почту разноси. Вот и всё, что требовалось от ворона, а он, к сожалению, не понимал цену своего счастья время от времени награждая Марвин ворчаньем и поклёвыванием по руками и другим открытым частям тела. Кроме лица, к счастью. Это была характерная особенность Алистера, он мог цапнуть куда угодно, но только не в лицо. Марвину это очень нравилось. Опасливо покосившись на часы он понял, что после возвращения Алистера едва ли прошло пять минут и тихонько воздохнул. Нет, мне определёно не хватит терпения. Едва слышно прошептал это Марвин, но тем не менее стал ожидать девушку смотря в ночь* * Как только остатки терпения стали его окончательно покидать он почувствовал на спине прикосновение знакомой руки и оттаял. Медленно поворачивая голову он увидел до боли знакомое лицо и такие приятные, родные глаза. Как было приятно её видеть, он уже и забыл, насколько долгим показалось ему ожидание. Лиза... Едва смог вымолвить он, но, собравшись с силами спустя пару минут произнёс. Елизавета, позвольте пригласить вас к столу. Пусть стол не блещет яствами, но всё равно думаю не откажитесь присесть за него. *Осторожно взяв девушку за руку он подвёл её к её креслу и осторожно видвинул последнее из-за стола, дабы девушка могла присесть* Присаживайтесь. *Покорно ожидая пока девушка сядет Марвин расплылся в глупой улыбке человека, который не совсем соображал, что делает, как делает и зачем делает. В общем принял обычный ненормлаьный вид с которым он сидел на уроках трансфигурации изображая, что всё понимает и знает, что делать.

Елизавета Корф: Вид слизеринца несколько озадачил девушку, она никогда его не видела столь потерянным и не знающим что делать, но смена тона на официальный уже позабавили Лизу, и она едва успела удержать вырывавшийся наружу смех. Она улыбнулась, почувствовав прикосновение руки друга к своей, и покорно направилась за ним к столу. - Марвин, к чему такой официоз? - она все еще непонимающе смотрела на него и думала, что могло заставить этого человека вновь оказаться в состоянии первогодки, который старательно изображает понимание происходящего вокруг него. Она опустилась на кресло и благодарно кивнула юноше за помощь: "Хм, он сам на себя не похож. Этот вечер будет интересным", - пронеслось у нее в голове, в то время как сама Лиза вновь задавала следующий вопрос, севшему напротив нее выпускнику: - Что-то случилось? - с возрастом голос ее приобрел характерную мягкость и был едва слышен. Туфли, как оказалось, она обула новые и теперь она чувствовала, как горела пятка правой ноги: "Черт, больно же" - мысленно морщилась когтевранка, однако вида не подавала, лишь немного сморщив нос, когда стянула злосчастную обувь под столом. Молодой человек, сидевший напротив, был заметно взволнован, и Корф оставалось только теряться в догадках о его состоянии, пытаясь в его глазах разглядеть ответ на свой вопрос.

Марвин Миллер: *Внутри у парня всё дрожало и горело холодным, сковывающим пламенем. Никогда, никогда он ещё не был так взволнован. Хотьт внешне это проявлялось гораздно меньше, чем могло бы быть. Дрожи в коленках не было, пальцы рук тряслись от хронического недосыпания, лишь глаза бегали как бешенные, да и мышцы лица вели себя неестественно. То были как мрамор, тверды и неподвижны, то наоборот расползались в улыбке. Как только девущка присела с кресло Марвин покорно задвинул за ней кресло и усевшись напротив постарался сохранить на лице улыбке. Вопрос девушки то он ли не заметил, то ли решил проигнорировать. Он сам того не понимал. Как только у него получилось более или менее сохранить на своём лице приветливое, не сухое выражение лица он заговорил* Позвольте мне за Вами поухаживать. *После этих слов Марвин осторожно взял кружку девушки и налив в неё чаю поставил рядом* Угощайся. Негоще чай пить без вкусностей. *Произнёс Марвин наливая чай себе в кружку* тебя наверняка мучает вопрос, зачем же я позвал тебя суда. Я ведь правильно думаю? *После этих слов Марвин немного притих, в последнее время он был склонен во всём сомневаться, всё уточнять. И сегодняшний вечер не был исключением. Он должен был быть уверен, что девушка не понимает зачем он меё сюда позвал, хотя он и сам не до конца понимал это.* *Пристально глядя на девушку Марвин незаметно опустил левую руку в карман и нащупав главный предмет сегодняшнего вечера и его козырь в этой игре. Ощущение холодного металла немного стало успокаивать Марвина.он вновь стал понимать зачем всё это устроил.*

Елизавета Корф: Профессор следила взглядом за Марвином и категорически отказывалась понимать, что с ним происходит: в глазах лихорадочный блеск, мимика лица вообще ставила девушку в ступор, как впрочем, и то, что он то обращался сухо на "Вы" к ней, то вновь с улыбкой говорил "Ты". Улыбка, еще один признак, которого Лиза не могла объяснить, потому как назвать улыбкой то, что было на лице друга, она точно не могла, знала ведь с самого детства, как и когда он улыбается. "Пресвятая Ровена, что же с тобой творится?" - мысленно вопрошала она, сама не зная у кого ответа на свой вопрос, ее уже начало пугать поведение слизеринца, слишком уж непривычным и чужим сейчас казался. Но вот в глазах промелькнуло что-то знакомое, и девушка удивленно подняла бровь - он сомневался, и судя по взгляду сомневался абсолютно во всем сейчас, даже в том, нужно ли здесь им сейчас обоим находится, от этого стало еще неуютнее, может просто потому, что она привыкла видеть его совсем другим: спокойным, теплым, уверенным в своих действиях и решениях. - Ты прав, я мало понимаю, зачем ты меня позвал и еще меньше понимаю, что происходит с тобой, - она поймала его руку на столе и сжала, - сколько лет мы вместе? Семь? Больше? Но таким я вижу впервые тебя, - голос упал окончательно и последние слова ее были едва различимы. Она видела как вторую руку он опустил в карман, и заглянула ему в глаза, найдя наконец в них понимание происходящего и спокойствие, что сразу же успокоило когтевранку. Она сделала глоток чая и поставила чашку на край стола, и тут ее взгляд упал на рюкзак выпускника, и в душе потеплело, он не расставался с ним с первого курса, казалось, в этом рюкзаке была вся его жизнь и то, что он притащил его сегодня сюда ее развеселило. "О, Ровена, он с ним кажется, под венец пойдет" - мысленно закатила глаза она и отпустив руку улыбнулась, пытаясь взбодрить друга и успокоить его.

Марвин Миллер: *Вопрос девушки несколько привл парня в чувство, он резко одёрнул руку из кармана и, сохраняя самообладание, Марвин начал тихим, совершенно спокойным и ровным голосом.* Да, мы знакомы и мы вместе уже более семи лет. За эти семь лет произошло достаточно много, не мне тебе рассказывать. И сегодня я бы хотел подвести итог всему этому. *Резко похолодев в лице Марвин вновь превратился в серьёзного подростка, которому хотелось сохранить самообладание любой ценой. Даже пожертвовав эмоциями в столь важный миг. Хотя было ли это минусом? Эмоции могли помешать, а этого допустить было нельзя. Поэтому Марвин изо всех сил старался запечатать их внутри себя и на некоторое время у него это получилось. Выдерживая небольшую паузу и наколяя страсти Марвин сделал глоток из своей кружки и вновь продолжил снова опустив левую руку в карман.* Я Не буду говорить много. Я думаю ты сама всё поймёшь, Твоя задача сказать да или нет. *После этих слов Марвин достал из кармана красную шкатулку и протянул её девушке держа на вытянутой ладоне. В то время как он протянул шкатулку девушке он не сводил с неё глаз, ожидая реакции и результата. Готовый ко всему. Он прекрасно понимал, что ситуация с Элизабет и реакция может быть самой различной, поэтому правой рукой был готов отразить полетащий в него предмет. Видя, что девушка замешкалась он вновь начал* Чего же ты медлишь? ответы на все вопросы здесь, в моей руке. И что бы получить их тебе нужно лишь открыть шкатулку. Не медли. *Слегка улыбнувшись Марвин продолжал пристально смотреть на девушку, но уже с теплотой и нежностью. Эта нежность попала даже в его голос , что стал звучать тише, но теплее.* Содержимое

Елизавета Корф: Порыв ветра, ворвавшийся в галерею, разбросал волосы девушки по лицу и плечам, и она чуть поежилась от ощущения холода. Чувство нереальности происходящего все больше охватывало девушку - слишком неестественно вел себя Марвин, да и место признаться честно было не самым располагающим к уюту. Тряхнув головой, чтобы убрать упавшие на лицо пряди, Лиза вновь посмотрела на друга, лицо которого сделалось вообще непроницаемым, и сглотнула. Моментами ей казалось, что он находится под действием Imperio и каждое движение дается ему сквозь силу, сквозь нежелание делать это, но ощущение рассеивалось, когда в глазах юноши вновь появлялись привычные для нее свет и понимание происходящего. Слова о подведении итога словно выдернули когтевранку из размышлений, и она непонимающе посмотрела на выпускника: "Пресвятая Ровена, какой еще итог?" - пронесся вопрос в ее голове, и девушка вопросительно подняла бровь. Рука слизеринца опустилась куда-то под стол и спустя мгновение возникла перед ней с маленькой красной шкатулкой на раскрытой ладони, на которую Лизу тут же перевела взгляд. "Моя задача... Да. Нет" - его слова лишь еще больше запутали профессора, и она в нерешительности остановила свою руку, которая уже было, потянулась за бархатистой коробочкой. Краем глаза она заметила, что Марвин принял оборонительную позицию, а значит, содержимое могло ей не понравиться, что повторно остановило ее. "Ответы на мои вопросы... Открыть шкатулку... Не медли" - словно заворожённая она мысленно повторяла услышанные только что слова и наконец, решившись, взяла с ладони выпускника Дома Воды шкатулку. - Хм, красная, странно, - тихо пробормотала она и подняла взгляд на собеседника, но наткнувшись на пристальный взгляд, тут же опустила его обратно на коробочку. - И что в ней? - она покрутила в руках шкатулку, показывая ее дарителю, который в свою очередь лишь молчаливо показал, что ее просто нужно открыть. Корф недовольно фыркнула, не любила она сюрпризы, а тут попахивало не просто сюрпризом, а чем-то глобальным, что еще больше не нравилось девушке. Наконец решив, что тянуть дальше уже некуда, она щелкнула крышкой шкатулки и в оцепенении воззрилась на кольцо: "Да. Нет. Итог всего. Я сама все пойму... Что-то я ничего вообще не понимаю" - мысли путались и никак не хотели приводиться в порядок, чтобы хоть как-то объяснить происходящее. - Красивое кольцо, - девушка, наконец, улыбнулась и достала из коробочки серебряное кольцо с изумрудом, - я забыла о какой-то годовщине? - она подняла глаза на Марвина и виновато улыбнулась, - прости в таком случае, я не хотела. Выпускница Дома Ровены поднялась и вместе с кольцом подошла к одному из окон, рассматривая блеск граней в лунном свете: - Оно чудесно, думаю, они будут прекрасной парой, - продолжая улыбаться, она поднесла кольцо с изумрудом к руке, где на безымянном пальце красовалось другое кольцо - с сапфиром, некогда подаренное ей этим же человеком.

Марвин Миллер: *Как только девушка протянула руки за коробкой сердце у Марвина стало биться чаще, он стал волноваться. Ему было не спокойно на душе, поймёт ли девушка или нет. Протирая в девушке взглядом дыру он наблюдал за каждым её жестом, малейшим движением мышц. Ему не хватало терпения, он едва сдерживал себя. Марвин чувствовал себя неким охотником, что выслеживает свою жертву, следит за каждым её движением и готов к нападению. Как только её пальцы коснулись коробки Марвин даже приподнялся на своём стуле наблюдая за ней. Несколько секунд на её лице он видел удивление, затем восторг и некое недоумение. Первые две эмоции были дбля него очевидны, он пропустил их мимо ушей, но последняя, откуда. По всем его подсчётам недоумения быть недолжно было. Странно. Услышав вопросы девушки он окончательно разочаровался и от этой эмоции даже упал на кресло* Что прости? Годовщина? В смысле? *Марвин от разочарования даже приник, он был уверен, что девушка всё поймёт сразу и тут такая оплощность. Я думал ты всё поймёшь, как же я мог так ошибиться... *Марвин резко подорвался и стал ходить из стороны в сторону потирая пальцами и шепча, что он не мог так проссчитаться. Позор на его черноволосую голову. Продумал всё до мелочей и надо же, проколоться на этом. Взглянув на девушку, она была явно напугана и ему стало стыдно. Перед ней, перед самим собой, что не смог удержать себя в руках. Успокоившись он начал тихим, размерянным тоном.* Извини меня за это.. Я не должен был себя так вести. *Медленым шагм он приблизился к девушке и, опустившись на одно колено, взял у неё из рук кольцо и мягким голосом начал.* Итак, я должен был с самого начала сделать это так. Логика здесь излишня. Я понимаю, что сегодняшний вечер был мягко говоря на самым прекрасным, но сегодня я действтиельно должен сказать кое что важное. Выходи за меня. *Произнося последнюю фразу Марвин нежно и осторожно надел кольцо с изумрудом на безымянным палец девушки* Ты согласна? *Марвин посмотрел девушке прямо в глаза, снизу, взглядом, полным любви и извинений.*

Елизавета Корф: Корф разглядывала, как серебристый лунный свет отражается в гранях кольца и улыбалась, ей всегда нравилось сочетание синего и зеленого, изумруда и сапфира, бронзы и серебра, и тут такая удача, на среднем пальце разместится кольцо с изумрудом, дополняя то серебряное чудо на безымянном пальце. Марвин что-то говорил, но девушка видимо залюбовалась кольцом, что не расслышала слов, однако заметила метания слизеринца и удивленно осмотрела на него, тот бегал из стороны в сторону и нервно растирал пальцы, что-то бормоча себе под нос, сейчас он более всего походил на безумца и когтевранка повинуясь инстинкту самосохранения, вжалась в стену с нарастающей паникой наблюдая за другом. Казалось, он успокоился, и она вернула себе прежнее спокойствие, но все же напряглась, когда он направился к ней, пусть и спокойными шагами, он вновь что-то говорил, а она не слышала ничего кроме гула в ушах. Однако друг заставил ее удивиться так, как она еще не удивлялась ни за этот вечер, ни в жизни вообще - он опустился на одно колено и забрав кольцо у нее из рук, одел его ей на безымянный палец. "Выходи за меня" - эта фраза прогремела, словно гром и когетвранка оторопелым взглядом посмотрела в глаза выпускника, который судя по всему совсем не шутил и был вполне серьезен в своих намерениях. - Ну... Я... Как бы это... - слов не было, мыслей тоже и Лиза в нерешительности стояла и смотрела в глаза человека, которого казалось она знала как саму себя. - Марвин... - она вновь запнулась, не зная, что сказать. - Вот так просто выходи и все? - она сама не понимала, что и зачем спрашивает, давая себе просто возможность до конца разобраться в случившимся. - Как так-то... - пробормотала девушка и приняла единственно верное решение для себя на этот момент - упала в обморок.

Марвин Миллер: *Как только Марвин увидел, что девушке стало нехорошо и она падает в обморок он подхватил её и удержал в кресле. Как только он убедился, что девушка не упадёт с кресла снова он отошел на пару щагов и стал бормотать себе под нос какой же он придурок, что довёл девушку до такого. Теперь она наверное и видеть его не захочет, не то, что выходить замуж. Посмотрев на девушку он подошел к ней и достал из кармана палочку. Направив её на грудь девушки он произнёс почти шепотом* Enervate *Из палочки вышел красный луч света и Марвин покорно стал ожидать реакции, уже зная, что будет делать дальше. Вспоминая, есть ли у него что либо, что сможет помочь девушке восстановить силы перед его уходом Марвин вспомнил про шоколад и произнёс* Accio шеколад. *Отчего в его руки тут же прилетела плитка молочного шоколада* Всё ещё не пряча палочку он выжидательно смотрел на подругу, ожидая покуда заклинание подействует, или будет хотя бы какой-то эффект. Изминение хотя бы в одну сторону. Всё таки он истинный кретин, раз сумел довести с виду стойкую Лизу до такого состояния*

Елизавета Корф: "Сумрак... Холодный ветер со всех сторон и юноша, стоящий на одном колене напротив нее... "Выходи за меня", - его голос звучит так непривычно и так глухо, будто он находится не на расстоянии вытянутой руки, а очень далеко... Его глаза, его взгляд, от него невозможно оторвать глаз... Кажется она видит это не в первый раз, кажется, что все это уже где-то было" Лиза глубоко вдохнула и открыла глаза, кажется, она сидела на каком-то кресле, хотя она никак не могла вспомнить - откуда оно там появилось, бегающий взгляд девушки, наконец, остановился на слизеринце, который держал наготове палочку и... плитку шоколада. В голове было несколько шумно и она не решилась на резкие действия лишь немного изменив положение тела на более удобное: - Марвин, не смотри на меня так, со мной все в порядке, - она чуть поморщившись все же поднялась, и сделала нетвердый шаг по направлению к другу, который благо дело тут же поддержал ее, - легкий обморок, не более, - она привычно приосанилась и заглянула в глаза друга, надеясь увидеть в них подтверждение того что она не сумасшедшая и что ей это все не привиделось. Но увиденное ей не особо понравилось - он винил себя: винил за ее обморок, винил себя за свою "неуклюжесть", винил казалось абсолютно за все. Когтевранка укоризненно покачала головой, и мягко улыбнувшись, вновь поймала взгляд Марвина: - я согласна.

Марвин Миллер: *Заметил, что девушка приходит в себя Марвин слегка улыбнулся, но чувство вины от этого не уменьшилось. Он мысленно продолжал себя корить за происшедшее. Как только она окончательно проснулась и попыталась, что либо сказать Марвин даже слушать не стал, быстро подбежал и находу пряча палочку произнёс* Молчи, ни слова больше. Тебе нужно отдохнуть. Ты как себя чувствуешь? Кивни головой. *Ожидая ответа Марвин взволновано смотрел на девушку ожидая, что та сейчас ещё раз упадёт в обморок. Её нужно срочно уложить, ей требуется тишина и восстановление* Вот, съешь это, должно помочь. *Марвин протянул девушке шоколад и снова начал* А теперь ешь.. Тебе нужно отдохнуть, как только ты доешь я отведу тебя в башню и ты ляжешь отдохнёшь. *Осторожно взяв девушку на руки он даже не стал спрашивать её соглашения а спокойно, без усилий понёс её в направлении башни* И ещё одно, ты не обязана отвечать, после сегодняшнего я больше не заслуживаю на такое счастье. *Вздохнув Марвин осторожно продолжил свой путь, надеясь, что его стандартная неуклюжесть не проявится сейчас*

Елизавета Корф: Когтевранка посмотрела на врученную ей шоколадку и перевела взгляд на слизеринца: "Нет, он что, меня совсем за беспомощную держит", - грустно подумала она и едва не вскрикнула, когда он поднял ее на руки. Казалось, все было как всегда, и руки те же что обычно, держали ее навесу, но сейчас это было как-то по другому: может более нежно, чем обычно, может просто ей так казалось, но повинуясь какому-то непонятному порыву, она осторожно поцеловала слизеринца в щеку и тихо попросила: - Остановись, я... - девушка запнулась, не зная как сформулировать то, что она хотела сказать, - пожалуйста, - добавила она, заметив, что Марвин лишь замедлил шаг. Лиза совсем уже растерялась в происходящем - что сказать человеку, другу, который минут пятнадцать назад сделал тебе предложение, а теперь... хотя именно это "теперь" и смущало ее. "А ладно, была, не была" - мысленно махнула рукой шатенка и подергала друга за ворот рубашки: - Остановись же ты, наконец, - она кашлянула и продолжила, - скажи только честно, ты сам-то этого хочешь и если да, зачем ты меня уносишь в башню? Вопросительно вскинув бровь, она посмотрела в глаза парня, державшего ее на руках, осторожно дотронувшись пальцем до его подбородка, чтобы повернуть лицо к себе.

Марвин Миллер: *Вопрос девушки слегка смутил Марвина, он и так слишком много пережил за вечер, а теперь ещё и такой вопрос. Да как она может сомневаться в том, желаю я этого или нет. Что за вздор. Марвин в душе негодовал, но ему не хотелось окончательно портить вечер и высказывать это всё в таком тоне, поэтому он начал со всей своей нежностью и любовью* Если бы мне это не было нужно предлагал бы я тебе? Нес бы я тебя в башню, волнуясь за тебя? Я хотел бы отнести тебя в башню лишь по одной причине, тебе нужно прилечь. Ты упала в обморок и тебе желательно восстановиться, после этого. *Нежно улыбнувшись девушке Марвин стал ожидать её реакции, дабы понять, что ему делать дальше. Ведь он не исключал варианта, что его планы по отдыху для когтевранки накроются опять, нет, не опять, снова. Это у них бывало чаще. Всякий раз, когда Марвин хотел дать девушке отдых и покой она всеми силами протестовала и делала всё наоборот. Чем порой сильно злила Марвина, но он был готов простить ей всё. Такое великодушие для парня было редким и стоило достаточно много, по его мнению.

Елизавета Корф: Девушка в задумчивости провела пальцем по подбородку друга, казалось, она вообще не слышала его слов, а была где-то глубоко в своих мыслях. Она и правда представляла, как ее положат на кровать, закутают в одеяло и будет она лежать как на смертном одре... "Ну нет" - мысленно запротестовала когтевранка и подняла глаза на Марвина. - Ну я же не умираю, Марвин, это был всего лишь обморок, маааленький такой, - она показала небольшое расстояние пальцами правой руки, потому что левой продолжала держаться за шею спутника, и улыбнулась, - да и здесь мне больше нравится чем у меня в комнате, честно, - она бодро улыбнулась и в доказательство правоты своих слов поцеловала парня в щеку. Она знала, что он злится на ее упрямство, на ее безалаберность, но так же она знала, что злится он просто потому, что волнуется за нее, а она так и не привыкла за все эти годы к его заботе. Она с самого детства считала себя сильной, независимой, выносливой и лишь этот хмурый слизеринец не уставал доказывать ей обратное, постоянно заботясь о ней, волнуясь, что с ней происходит и поддерживая ее. В памяти всплывали моменты, когда он ругался, ворчал, но одно всегда было неизменным - он был рядом всегда. - Знаешь что, - она лукаво улыбнулась и покосилась на кольцо с изумрудом, - кольцо я приняла, согласие свое дала, назад дороги нет, да и я ее не хочу.

Марвин Миллер: *Марвин было настолько приятно это слышать, что он даже потерял дар речи. Он был внесебя от счастья и ещё крепче прижал к себе девушку. Он не находил слов, что бы выразить это счастье и всё, что ему оставалось это молча радоваться и улыбаться, как какому либо болванчику. Как только дар речи вернулся к нему он ещё шире улыбнулся девушке и начал:* Ты не представляешь насколько я счастлив слышать это от тебя. Я этого ждал все эти семь лет. А теперь пойдём в башню. Теперь и вправду нужно отдохнуть, завтра будет трудный день. *Марвин уже настойчивой, но весёлой походкой, даже слегка подпрыгивая понёс девушку в её комнате в высокой башни Ровенны, не смотря на все её возгласы и вета, даже на удары слабенького кулачка девушки.* Не сопротивляйся, завтра и вправду будет тяжелый день. *Обернувшись на последок Марвин тихо усмехнулся и ушел в темноту, лишь слегка поцокивая каблуками туфлей нарушая волшебную тишину древнего, но такого родного замка*

Елизавета Корф: -Ну почему же, вполне себе представляю, - девушка рассмеялась, - по крайней мере, судя по тому, как ты меня стиснул - ты очень счастлив, - девушка вновь разразилась звонким смехом, который был слышан, наверное, на добрую половину замка. - Прости, - голос слегка охрип от смеха, - наверное, я все же ударилась головой, раз смеюсь, - она улыбнулась слизеринцу и дернула ногой, ловя туфлю, которая едва не слетела с ее ноги. Бровь профессора поползла вверх от удивления: - семь лет? Марвин, ты... - Лиза откинула прядь волос упавшую на лицо, - эй, подожди, какая еще башня, - она возмущенно ударила парня по плечу, но судя по всему эффекта это не произвело никакого. Недовольно фыркнув, она еще раз ударила его по плечу: - Марвин Миллер, поставь меня на пол, сейчас же, - Корф не знала, смеяться ей или ругаться, но выпускник Дома Воды видимо и правда собирался ее утащить в башню Когтеврана, - То есть в этот раз ты настоишь на своем, - Лиза наблюдала как они постепенно удаляются от того места где все произошло, и тут она увидела оставленный рюкзак слизеринца. Достав волшебную палочку, она взмахнула ею, тихо произнеся: - Accio...нет, - шатенка даже представить боялась сколько весит его рюкзак и направив палочку вновь на забытый предмет, прошептала: - Locomotor, - после чего устроила подбородок на плече Марвина, наблюдая как рюкзак плывет за ними. Ролевая окончена. Локация свободна

Аллерия Винд: Переход из локации http://hdhog.forum24.ru/?1-10-0-00000028-000-0-0-1504083174 Середина января 1997 года. На улице стоит сильный мороз, постоянно дует ветер. Солнышко давно не выглядывало из-за туч, что не могло не огорчать студентов. В темные времена людям нужно солнце. Им нужно хотя бы мнимое тепло от солнечных лучей, которые, в силу времени года, могли лишь освещать путь. Но, возможно, для многих этот свет был тем самым лучиком надежды? Аллерия неспешно направлялась к месту встречи с Тиной Рид. Когтевранка немного удивилась выбору места, ведь в этом коридоре слишком тихо. Находясь здесь, создается впечатление, что ничего кроме стука своего сердца больше не слышишь. Не самое приятное место, но для тайного дела идеально подходило, поэтому Рия закрыла глаза на свои личные предпочтения. Приближаясь к переходу, девушка поймала себя на мысли, что боится. Но чего? Она в очередной раз заглянула в портфель, где аккуратно в колбе лежал волос Милисенты. «А что, если все пойдет не так? Или я ляпну что-то не то, и меня сразу раскусят?», - вопросы вертелись в голове девушки один за другим. Но ответа на них не мог дать никто. В ожидании пуффендуйки, Аллерия прогуливалась вдоль перехода из одного угла в другой, будто измеряя расстояние между ними. Одинокие, пустые портреты висели на стене, и Аллерия невольно поднимала глаза на них, пытаясь что-то разглядеть. Но ничего, пустота и тишина. Внезапно подул сильный ветер, снежинки осыпали пятикурсницу, но это вызвало у нее улыбку. Она любит зиму и снег. Для нее зима всегда ассоциировалась с уютным очагом. В детстве, после долгих прогулок с мамой по сугробам, маленькая Рия любила завернуться с мамой в теплый плед с кружками горячих какао или чая. Камин тихо потрескивал, а Анна, мать Аллерии, рассказывала ей о разных странах, волшебниках и маглах, о полезных травах. Анна искренне любила свою дочь, но никогда не забывала, кто ее отец. Она предельно осторожно рассказывала ей о маглах, пытаясь говорить о них лишь с положительной стороны. Однако кровь давала о себе знать, и Рия после таких рассказов отвечала маме, что маглы – это плохая копия волшебников. Какой от них толк, если они не могут сотворить чудо? Маленький ребенок еще не понимал, что чудо можно сотворить и без палочки. Чудо – это наши мысли, а мысли материализуются. И неважно, маг ты или магл. Хоть солнца видно не было, но по изменению цвета облаков можно было догадаться, что скоро наступит закат. Аллерия нервно посмотрела на часы. Тина запаздывала. «Неужели она решила меня обмануть?», - Аллерия уже чувствовала, что ярость начинает закипать внутри нее, но дуновение ветра успокоило ее. Когтверанка решила, что если уже так долго ждет Тину, то может подождать еще. Она подошла к оконному проему и присела на широкий каменный подоконник, подложив под себя портфель. Всматриваясь вдаль, она мысленно благодарила пуффендуйку за опоздание. Сейчас она могла полностью отдаться своим мыслям и воспоминаниям. Она вспоминала, что произошло за последний месяц. Как до последнего была готова написать маме письмо, что приедет на праздники, но что-то ее останавливало. Девушке казалось, что внутри нее идет борьба, и на данный момент победу одерживало нечто темное. Это «темное» скорее было ее злостью и обидой на вранье матери. Не каждый ребенок переживет это, особенно когда на кону его жизнь. Подростки… Они все так любят утрировать. Им кажется, что весь мир против них, хотя родители хотят им только лучшего, не так ли? После праздников, Аллерия не раз задавалась вопросом – почему ее мать до сих пор на свободе, хотя маглорожденная? Рассуждая об этом, она верила, что отец помог Анне избежать этих проблем. Несмотря ни на какие обиды, Аллерия точно не захотела бы видеть маму мертвой. Хотя сама девушка внутри давно умерла. Лишь иногда теплые воспоминания о былых днях заставляли ее «восставать», но серые будни быстро возвращали девушку в реальный мир, где она скорее походила на зомби, нежели на живого нормального человека. В силу возраста, Аллерия не совсем осознавала, что губит себя, причиняя людям зло. Все-таки, в ее жилах течет не только отцовская кровь, но и кровь матери, которая всегда была миролюбивым и светлым человеком. Аллерия открыла глаза. «Как же красиво. Ради этого стоит жить, наверное», - она постепенно возвращалась в реальный мир. Укутавшись шарфом, она вновь пустым взглядом принялась рассматривать картины. «Может, я такая же пустая внутри, как и эти картины? Драко же почему-то не очень хотел со мной тесно общаться», - задумалась Аллерия. – «Опять парни, Рия, ну, сколько можно... Суждено тебе быть либо одной, либо с Драко, третьего не дано!». Несмотря на то, что чувства Аллерии не остывали по отношению к Натаниэлю, девушка всячески пыталась доказать сама себе, что он ей не нужен. Тогда зачем ей оборотное зелье? Может, стоит воспользоваться им иначе? Ведь есть вещи и вопросы, гораздо серьезнее парней…

Тина Рид: Тина, получив письмо с местом встречи, брела по коридорам школы. Она не торопилась конечно желание проучить зазнайку будоражило кровь, но девочка не любила все эти не совсем добрые проказы. Хотя тут считала, что когтевранка еще легко отделается. В общем поток противоречивых чувств и мыслей, явно не придавали ускорению ее ногам. Да и осознание последствий тоже на энтузиазм положительно не способствовало. По пути попадались на удивление « интересные» картины, да и некоторые закоулки, просто требовали внимания девушки. В мыслях была пустота.. только юношеский задор от предстоящей шалости, порой щекотал солнечное сплетение девушки. Бабушка всегда говорила, что там томиться душа, но сейчас душа не ликовала, но и особых угрызений не испытывала. Подходя уже к галерее, Тина вспомнила, что у нее просили, точнее требовали два зелья: - эта змея явно, что- то задумала- пронеслось моментально в голове. Пуффендуйке никогда не считала Рию глупой; подлой, злой, заносчивой- да, но не глупой. Эти мысли не могли не насторожить, и тут же девушка пожалела, что все же не попросила у Виктории второе- истинно оборотное. Но делать было не чего, придется выкручиваться по ходу. С такими, не веселыми, мыслями она и перешагнула порог. - Ты уже тут. – чуть ухмыльнувшись, оглядела комнату. И заметила Аллерию на одном из подоконников, явно о чем-то одумавшуюся: - Я принесла зелье. Но одно. На второе не было ни времени, ни ингредиентов. Хочешь жди, когда появится возможность и второе сварить. - как можно бесстрастнее и увереннее, довольно громко, произнесла. Волнение накатывало, но Тина пыталась держать себя в руках. Скрестив руки за спиной, начала чуть раскачиваться с пятки на носок.

Аллерия Винд: - Ты уже тут. Голос Тины вернул девушку из ее раздумий. Она вяло посмотрела в сторону пуффендуйки, направив на нее палочку. - Еще раз ты посмеешь так задержать меня, я выцарапаю на твоей руке слово "пунктуальность". Будешь каждое утро смотреть на него и вспоминать о том, что нельзя опаздывать на уроки, обед и встречи. Ты усекла? - Аллерия слегка наклонила голову. - Ну, что там у тебя? - Я принесла зелье. Но одно. На второе не было ни времени, ни ингредиентов. Хочешь жди, когда появится возможность и второе сварить. - Ты явно не поняла меня... Дорогая, я же дала тебе столько времени, сколько потребуется на две порции, - с этими словами когтевранка подошла к Тине и погладила ее по щеке. Заметив странное покачивание девушки, она вопросительно посмотрела ей в глаза. - Ты побеспокоила меня раньше времени, не имея при себе то, что мне нужно. Еще и нервничаешь. Что-то случилось? Расскажи мне, быть может, я смогу помочь тебе? Аллерия сделала шаг в сторону, отойдя от девушки. Оглядев ее, она успокоилась. На мгновение, девушке показалось, что Тина могла что-то прятать за спиной. Но там ничего не оказалось, поэтому волнение Рид она списала на простой страх перед ней. Усмехнувшись, она направилась к своей сумке, приговаривая рыжеволосой девушке: - Правильно делаешь, что боишься меня. Ты не должна этого стыдиться, серьезно. Страх перед той, что может в секунду тебя размазать, вполне нормален, - блондинка достала колбочку с волосом, улыбнулась и повернулась в сторону Тины, подзывая ее к себе. - Давай сюда зелье. Посмотрим, может его все-таки хватит на два применения. Аллерия протянула руку, ожидая зелье от Тины.

Тина Рид: - Ты явно не поняла меня... Дорогая, я же дала тебе столько времени, сколько потребуется на две порции- проговорила Винд, и, подойдя ближе, провела по щеке Тины, тем самым вызвав у последней резкое желание отдёрнуться, отскочить, а лучше вообще убежать куда подальше от этой девушки. Тина еле сдержала порыв, чтобы не скривиться, глядя в глаза когтевранки, но силою воли сдержала себя, и по её лицу нельзя было прочесть каких-то негативных эмоций. Но на радость пуффендуйке, Аллерия отошла сама, и направилась к своей сумке. Когда та отвернулась, Тина сделала абсолютно бесшумный, но глубокий вздох. Она почувствовала, как в ней негодует каждая частичка её тела. "Вот мерзкая девчонка!"- пронеслось в ее голове. Тем временем когтевранка продолжила лить желчь: - Правильно делаешь, что боишься меня. Ты не должна этого стыдиться, серьезно. Страх перед той, что может в секунду тебя размазать, вполне нормален. Давай сюда зелье. Посмотрим, может его все-таки хватит на два применения. После этих слов девушка сделала подзывающий жест. Как бы хотелось Тине швырнуть зелье со всей силы в стоящую рядом девушку, а ещё лучше об стену, чтобы колба разбилась вдребезги, им не воспользовалась для своих гнусных целей... но делать было нечего, иначе эта пакостница могла бы хорошо подпортить кровь самой Тине. Крепко сжав зелье в руке, Тина нехотя вытащила колбу из кармана. Винд протянула руку в ожидании необходимого ей финала. Не став ждать, пока та соизволит взять его в руки, Тина демонстративно поставила его на подоконник, всем своим видом показывая, что не желает как-либо соприкасаться.



полная версия страницы