Форум » Окрестности Хогвартса » Чёрное озеро » Ответить

Чёрное озеро

Hogwarts: Горное озеро на территории Хогвартса. Является одним из магических препятствий на пути в Школу (поэтому всех первокурсников доставляют в первый раз в Хогвартс именно по воде) и пристанищем для многочисленных волшебных обитателей.

Ответов - 300, стр: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 All

Доминик Сен-Клер: - Ой!- воскликнул Сен-Клер. - Профессор, я держу вас!  Ник сразу же вскочил на палубу, быстро сбавив скорость судна. Не отпуская руки профессора, когтевранец, очень аккуратно ступая, подошел к теперь уже мокрой мисс Реитан и, взяв ее руку поудобнее, другую свободную руку положил ей на плечо и плавно подвел к лобовому стеклу. Даже на спрашивая разрешения профессора, Ник аккуратно подхватил ее на руки и спрыгнул вместе с ней салон. Решив, что время сейчас абсолютно не для церемоний, Сен-Клер очень мягко, но вместе с тем властно усадил профессора на диванчик на задней палубе и, взмахнув палочкой, осушил на ней одежду.  - Ну хоть так - сказал себе под нос староста и укрыл мисс Реитан пледом. Протянув ей полотенце, для того что бы высушить волосы, Доминик, взмахнув палочкой, плавно развернул катер по направлению к пристани. Взяв одну из пустых чаш, где раньше были ягоды, когтевранец положил ее на пол перед профессором и пошептал заклятие Lacarnum Inflamare, после в чаше заиграло пламя не столь яркое, сколько греющее.  - Думаю, нам пора возвращаться, что бы выпить чашечку чая с медом. Простуда никому ведь не нужна? - сказал Ник и улыбнулся самой теплой улыбкой из своего арсенала. Немного подумав, он решил, что одного пледа будет маловато, и накинул на озябшую мисс Реитан и второй.  "Нужно будет обязательно заделать брешь... Вот черт же дернул ее корректировать чары" - немного нервно подумал Доминик и включил все освещение в катере, ибо становилось все темнее и темнее.

Megumi Reitan: Профессор растерянно укуталась в пледы, наблюдая за действиями месье Сен-Клера по освещению и отоплению катера молча и как-то даже отстраненно. Она не ожидала, что тот подхватит ее на руки - и более того, удержит, унесет... В голове творилось полное безобразие: мало того, что она чувствовала противное прикосновение магией высушенной ткани (по секрету, Мегуми всегда сушила всю свою одежду естественным путем), так еще и волосы были от окатившей ее воды волглыми и очень противными. Представляя, как она сейчас выглядела, Мегуми нервно усмехнулась: ни дать ни взять мокрая облезлая кошка. Поскольку кошек она не любила, сиё определение ей казалось наиболее верным: каштаново-рыжеватые волосы ее, спасибо папочке Такеши, после таких вот водных процедур становились противно-жесткими и казались темнее, чем были на самом деле. И это не говоря уже о том, что... "Ой-ой-ой, меня студент видел в мокрой насквозь одежде, прямо мечта японского школьника, взращенного на не слишком обеспокоенной моралью медиа-культуре. Еще и куртка была расстегнута..." удрученно подумала Мегуми и предпочла притвориться задремавшей от холода, дабы не иметь несчастливой возможности лицезреть реакции месье Сен-Клера на подобный казус.

Доминик Сен-Клер: "Однако, я завидую людям, которые в любой момент могут отрубиться. Минуту назад тут, а сейчас уже тихо посапывает" - со смехом внутри подумал Сен-Клер и поправил свою шляпу, которая, к слову, потеряла актуальность из-за того, что главное небесное светило скрылось за горизонтом.  Фары катера создавали некое подобие лунной дорожки. Отсутствие такой натуральной было обусловлено тем, что растущий серп луны был скрыт за огромным облаком. Габаритное освещение катера добавляло некую потусторонность общему виду судна.  Проходя к передней палубе, Ник легонько взмахнул палочкой и заставил почти все содержимое каждой из корзин, за исключением чаши с огнем, вернуться на свое законное место. Взявшись за руль, Сен-Клер обогнул груду камней, которую они проходили не так давно и, прибавив скорости, продолжил свое движение к причалу.  Немного погодя когтевранец обернулся, что бы проверить, как там профессор. Надо сказать, с течением десяти минут мало что изменилось: мисс Реитан все так же тихо посапывала, а веки ее чуть дергались, что, по мнению старосты, говорило о том, что профессор скоро проснется.  Вновь отвернувшись к рулю, Ник слегка убавил скорость, потому что до пристани оставалось совсем смешное расстояние: всего два-три километра. Совсем не хотелось преодолевать это расстояние за короткий отрезок времени.

Megumi Reitan: Профессор усердно изображала свой сон, не желая признаваться месье Сен-Клеру в том, что она просто боялась того, что произошло. Нет, естественно, никаких моральных рамок она раздвигать не собиралась, и в невинности произошедшего даже не сомневалась, но одно то, что они были разнополы... на территории школы и в границах их собственной даже возрастной субординации (не говоря уже о должностной!) ситуация выглядела не только двусмысленно, но и пикантно - относительно, разумеется, ее, Мегуми, собственных взглядов на отношения студентов и профессоров. Конечно, сама прогулка их была максимум дружеской, да и спускать месье Сен-Клеру халтуры в домашних работах она из-за этого не собиралась абсолютно, но все же, все же... Все же ее давно никто не держал на руках. С тех самых пор, как... Нет, об этом Мегуми и помыслить не могла, и посему заставила себя изобразить пробуждение и виноватый взгляд в сторону Доминика. - Простите, вероятно, от потрясения я слегка задремала.

Доминик Сен-Клер: - Должен признать, необычная реакция на кхем... Потрясение. Я в таких случаях делаю сумасшедшие глаза и периодически топаю ногами, но все мы люди разные. - сказал Сен-Клер с легкой усмешкой и, легко развернув руль, обогнул стаю диких гусей, мирно отмокающих в водах Черного озера. Нажав пару кнопок, Ник сменил диск в CD-changer'e  на предыдущий, с классикой. Промотав пару треков вперед, он остановил свой выбор на вариациях Глинки на русскую народную песню "Среди долины ровныя".  Нахмурившись, Доминик подумал, что включать подогрев сидений уже бессмысленно, и посетовал, что не додумался сделать это раньше. Выправив руль, когтевранец взял курс прямо на Лодочный Причал, периодически лавируя между стаями птиц и редкими зарослями кувшинок. "Конечно, от потрясения, ну. Удивительно: как человек жонглирует острыми словечками в повседневности и как судорожно подбирает их он в ситуации, вышедшей за рамки рутины. Поразительно" - ухмыльнувшись, подумал Сен-Клер.  Подойдя вплотную к причалу, Ник взял минимальную скорость и ювелирно въехал в сарай, накинув канат на крюк в полу, тем самым пришвартовав катер.   - Приехали, мадемуазель Реитан. - сказал Ник и неуловимым движением палочки потушил огонь и отправил чашу в корзинку.  Ловко выпрыгнув из салона, староста протянул руку профессору.

Megumi Reitan: Профессор покачала головой и сошла с лодки сама, остерегаясь прикасаться к руке Сен-Клера. Она растерянно посмотрела на свою корзинку, оставшуюся в лодке, и решила возвратиться за ней сама, на мгновение даже забывая, что у нее есть палочка и Манящие Чары никто еще не отменял. Впрочем, уже через пару секунд она опомнилась и достала палочку, призывая к себе корзинку и делая первый шаг по настилу причала как-то очень осторожно, словно хотела убедиться, что тот не такой скользкий, как палуба после неожиданного душа, устроенного, кажется, все-таки кальмаром. Она и сама не знала, чего ей больше хотелось - чтобы причал тоже был мокрым и скользким, чтобы у нее был еще один повод упасть и схватиться за чью-то руку, или чтобы он был сухим, и ее разум мог вернуться к обыденному спокойствию и уверенности в том, что ей никто, в сущности, и не нужен. Впрочем, поскольку настил не выбирал, чего хотелось ей, а просто был сух, как трехмесячная вяленая вобла, Мегуми ничего не осталось, кроме как повернуться и изобразить легкий полупоклон: - Спасибо, месье, за прогулку.

Доминик Сен-Клер: Сен-Клер настороженно посмотрел на мисс Реитан, отказавшуюся от помощи, и убрал руку за спину, слегка пожав плечами. Что и говорить, резкие перемены в настроении людей подчас даже пугали его: вот же, две минуты назад человек тихо и безропотно лежал на руках, а теперь появилась какая-то холодность, по большей части даже похожая на брезгливость. Свободной рукой Ник совершил мимолетное движение палочкой и приманил к себе свою корзинку с пустыми тарелками, пледами и полотенцем. Переложив ее в другую руку, он снял шляпу, кинул ее в катер и привычным движением отбросил челку со лба. Больше всего сейчас когтевранцу хотелось вернуть ту непринужденность, какая была там, на середине озера. То ли сама аура замка диктует серьезность и тихо скандирует что-то на тему субординации, то ли тот внеплановый душ так повлиял на профессора. Ругая все, на чем свет стоит, а в особенности озерного кальмара, Ник накинул ремешок корзинки на плечо и несколько вычурно, но это лишь от смущения, сказал: - Профессор, позвольте проводить вас до замка. Учитывая нынешнее положение дел, да и не учитывая его, было бы верхом грубости и неприличия с моей стороны завершить наш вояж тут, не сопроводив вас до дверей замка, что бы убедиться в полной вашей безопасности и добром здравии. Сен-Клер чуть-чуть зарделся и пропустил профессора вперед.

Megumi Reitan: Мегуми осторожно кивнула и прошла вперед. Некоторое время она молча шла и прислушивалась к стуку коробочек бенто в своей корзине, пытаясь поймать их ритм и ступать своими кроссовками по насыпи тихо в такт. Впрочем, через несколько минут она все же выдавила из себя слабое подобие улыбки: - Спасибо Вам за эту прогулку. Это было чудесно, - она чуть зарделась и посмотрела вдаль, упорно избегая любых пересечений взглядов со студентом. В голове творилось форменное безобразие, и она в который раз прокляла свою нелюдимость: возможно, если бы она позволяла людям дотрагиваться до себя чаще, сейчас ей бы не казалось, что произошедшее после ее почти-что-падения было чем-то из ряда вон выходящим. Впрочем, после произошедшего зимой она... нет, она не позволяла этого и до того. Никому, кроме Максенна и Такеши. Она помолчала еще, а потом начала было говорить, но угасла на полуслове: - Знаете, то, что произошло...

Доминик Сен-Клер: Неспешно идя на небольшом расстоянии позади профессора, Сен-Клер вслушивался в стук коробочек бенто в ее корзине. Почувствовав легкий запах винограда, он стал дышать глубже, что бы получить как можно большую дозу этого чудного этого аромата. - Спасибо вам, что пришли. - сказал Ник, кивнув. Внутри совершенно точно зрело знакомое когтетвранцу чувство, что буквально минут десять назад произошло что-то не слишком неординарное, но вполне значимое и, в какой-то мере, даже непоправимое. Впору было и сказать, что "мосты сожжены, назад дороги нет", да не хотелось бы разводить лужу словесного пафоса на пустом месте. Слегка вздрогнув от неожиданных слов профессора, староста чуть ускорил свой шаг и поравнялся с профессором, стараясь уловить каждое слово. Поправив ворот рубашки, Доминик слегка кашлянул, словно обозначая себя в этом маленьком социуме. Чуть было не споткнувшись, он вновь прибавил шаг, что бы не отставать.

Megumi Reitan: Профессор вновь тихо кашлянула, посмотрела зачем-то на свое запястье - вероятно, когда она выходила в маггловский Лондон, на нем прочно сидели часы, - и тихо проговорила все же, решившись: - Это не должно никогда значить ничего для остальных, Вы ведь понимаете. Разумом она вполне отдавала себе отчет в том, что слова звучали довольно загадочно, туманно, и вполне себе в характере экзальтированной девицы, сошедшей откуда-нибудь со страниц романов Бронте и Остин, но... она продолжала надеяться мысленно, что месье Сен-Клер ощущал что-то схожее с ней. Ведь никогда, подумалось ей, этот юноша, вероятно, еще не носил своих профессоров на руках. Мегуми было нестерпимо стыдно за свое поведение там, в лодке, и еще более стыдно ей было за свою реакцию на случившееся. Будь она действительно холодным, непоколебимо твердо уверенным в себе профессором, алхимиком, ученым, деканом самого "нетеплого" факультета во всей школе, она бы не стала сейчас так отчаянно краснеть и избегать прикосновений даже взглядом к человеку, который несколько минут назад касался ее интимнее, чем кто-либо в этом замке - пусть и интимность эта была довольно невинной.

Доминик Сен-Клер: Мягко ступая по лестнице неизвестного серого камня, Ник слушал. Слушал профессора, легкий стук дерева, ветер, шорох шагов. Он любил слушать. Что угодно, начиная от шелеста листвы, заканчивая пустопорожней болтовней сокурсников за завтраком. Вообще, Сен-Клер был больше губкой, чем рупором - больше любил впитывать информацию. Текстовую, графическую, звуковую, тактильную. А профессору не давала покоя, видимо, последняя. - Ни в коем случае. Вы можете на меня - Ник было замялся. - Положиться. Мысленно перебирая в голове, словно сухие листья в гербарии, события сегодняшнего вечера, Доминик продолжил подниматься вровень с профессором. Аккуратно ступая, что бы не производить лишнего шума, он начал медленно анализировать свои поступки. Покоя не давал только один. Неужели профессор думала, что он оставит ее мокнуть под кальмаровыми брызгами дальше? А учитывая ее состояние в тот момент, то, что предпринял когтевранец было единственно правильным. В конце концов, мисс Реитан же не мешок с картошкой, что бы левитировать ее с помощью магии. - Профессор... Думаю, мне стоит извиниться. - тихо начал Сен-Клер. - Подобного больше не повторится. Ник шел, боясь поднять взгляд.

Megumi Reitan: Мегуми помедлила, прежде чем делать еще один шаг. Бенто в корзинке замерли, стукнувшись еще раз и остановившись в своем движении, будучи лежащими друг на друге. Она неловко попыталась одной рукой поправить носок с Тоторо, сползший с лодыжки, и тихо ответила: - Я понимаю. Думаю, и ситуации больше такой не предвидится. Ее кроссовок скользнул по глине у корней сорняков, что росли вдоль дороги, ведущей обратно к замку, но падать она раздумала и лишь продолжила идти вперед. Ей нужно было так многое обдумать вечером, и так отчаянно ей не хотелось быть наедине с собой, что Мегуми была готова сидеть в Гостиной Слизерина, в Большом Зале, на верхушке Астрономической Башни - только не в своих комнатах. В апартаментах было слишком мрачно.

Доминик Сен-Клер: Как, однако долго тянется время в молчании. Раз ступенька, два... А вот уже и сороковая. А вот и мощеный серым камнем двор. Ник решил слегка отдышаться, пока ждет профессора, ведь он сам не заметил как оказался впереди. Оглядев все вокруг, он понял, что, наверное, все давно в постелях. Кроме квиддичной команды факультета, конечно. Отметив в уме, что после того, как проводит мисс Реитан до дверей, он непременно пойдет повидаться с ними и, собственно, с ними в башню и пойдет. В запасе еще оставалась большая половина часа старост, так что повода для беспокойства не было. Завидев профессора, Ник обычным голосом сказал: - Кажется, мы пришли. Доведя мисс Реитан прямо до дверей замка на другом конце двора, Доминик отвесил легкий полупоклон и произнес: - Благодарю за прекрасный вечер, мадемуазель. Буэнос ночес. Развернувшись на пятках, Ник ушел по направлению к стадиону.

Megumi Reitan: Проводив месье взглядом, профессор вздохнула и удалилась-таки в свои апартаменты.

Хельге Свартротта: Воду Ротта любил. Любил даже не смотря на то, что его однажды едва не утопили. Он не мог объяснить свою тягу, она просто была. Свою первую неделю в Хогвартсе мальчишка провёл в замке, стараясь ничего не упустить из новых предметов. Но этим субботним утром он захотел провести время на берегу того самого озера, через которое плыл в школу. Оставив каменные стены, Хельге брёл по траве в сторону водоёма. Утро было довольно хмурым, но юный швед не унывал, задумчиво пожёвывая припасённую за завтраком гренку. Он всегда по возможности набивал карманы со стола, такая уж у него была привычка с приюта. Бабка это не одобряла, но здесь её не было, поэтому никто не мешал Свартротте грабить слизеринский стол. Вдалеке заиграл свет на волнах. Мальчик прибавил шаг, поспешно дожёвывая остатки завтрака. Смахивая крошки с ладоней, он уже практически бежал. Домчавшись до береговой кромки, Хельге резко затормозил и устало упёрся руками в худые коленки. Дышать было трудно, но одышка быстро проходила на свежем влажном воздухе. Пахло водой и тиной, от чего хотелось дышать полной грудью. Первокурсник счастливо упал на каменистый берег, раскинул руки и довольно улыбнулся. Здесь было хорошо.

Ellina Stoun: Эллина как раз закончила сбор травы, которую необходимо было собирать лишь ранним утром. И именно это заставило слизеринку встать ни свет ни заря в субботу и отправится к озеру. Никогда и ни за что, Элл не пропустила бы утренний сон, однако травка была нужна, для того, что бы таки сварить зелье легкой поступи, которое она должна была представить на суд некой особы, не верившей в ведьмовские способности Эллины. Да и сам процесс зельеварения всегда приближал Эллину к природе, к тому, из чего, в общем то вышла эта ведьма - к воздуху, огню, воде и, естественно, земле. Солнце уже встало, и девушка со скорбью в душе поняла, что пропустила завтрак. Она посмотрела на маленькую связку травки и вздохнула. Теперь придется ходить голодной до обеда, зато утренняя прогулка принесет не мало пользы цвету ее лица. Девушка отогнала плохое настроение и улыбнувшись утреннему солнцу, пошла вдоль берега озера, не замечая того, что изрядно намочила ноги. Эллина шла и что то напевала себе под нос, вдыхая запах свежети и зарождающегося дня, как вдруг увидела мальчика. Это был первокурсник Слизерина Хельге Сваротта, который лежал ка каменистом берегу. Он, видимо, наслаждался природой, так как уж очень у него был довольный вид, шагов Эллины, он повидимому не заметил, или сделал вид, и девушка решила, что мысли его где то далеко. Тихо подойдя к слизеринцу, Элл мягко опустилась рядом и, взяв травинку в рот задумчиво смотрела на мальчика, стараясь не мешать ему думать, или, может спать?

Аргус Филч: Аргус Филч сидел на берегу волшебного озера и вспоминал жизнь... В воде ему показался маленький мальчик, которого никто, никогда не любит, кроме мамы, конечно. Завхоз достал из кармана любимую фоторамку и как будто что-то начал шептать ей. Звуки радио разносились по всей территории Школы: - Ох, плохой, плохой день... что-то мне вообще не уютно. И миссис Норрис испарилась куда-то... - мужчина достал маленькую книжечку и стал писать

Джулия Мэксим: Джулия растрогалась после прочтения всего, что было прочтено. Гриффиндорка быстро бежала по направлению к озеру, то и дело спотыкаясь. Третьекурсница добежала до озера и, увидев там Филч, приостановилась на секунду, чтобы отдышаться, а потом подумав секунды две, кинулась обнимать завхоза. Джулия всегда была очень чувствительной девочкой и по щеке её скатилась слезинка. Девочка незаметно её стряхнула и стала смотреть вдаль, жаждя увидеть остальных.

Scarlett Walman: Скарлетт побежала вслед за умненькими студентами Хогвартса к Черному озеру. А вот она уже довольно сильно устала и мало что соображала. Грустно. Но, увидев главного героя торжества, девушка быстро ожила и не знала, что же ей делать: бояться или прослезиться.

Аргус Филч: Аргус подскочил (ох, бедный, страдающий ревматизмом, старичок), завидев быстро приближающуюся девочку: "Это что такое? Чей-то она хочет? Ну-ка, ну-ка, мне не нравится ее странное лицо". Рядом семенила миссис Норрис с довольной мордой - завхозу это совсем-совсем не нравилось

Эйш Николеску: Эйш, только что проснувшаяся (да, да, только в это время и просыпаемся) после лекций была крайне потрясена, когда узнала о субботнике в понедельник. Запыхавшись от беготни по многочисленным коридорам замка, она остановилась и совершенно случайно увидела Джули, которая бежала к озеру. Коротко вздохнув и фыркнув, когтевранка понеслась вниз по лестницам замка. Еще несколько таких дней, и пусть хоть кто - нибудь будет меня упрекать, что я не занимаюсь спортом Через минуту с лишним девочка уже была на берегу озера и приветливо помахала всем, не в силах говорить.

Джулия Мэксим: Джулия, подтащила к себе Арли, заключала её и Филча в обнимашки и быстро, может даже немного безпардонно решила утащить всех в Большой Зал. Мистер Филч - гриффиндорка обратилась к завхозу и чуть улыбнулась. Пройдемте все в Большой Зал - сказала девочка и быстро побежала в Зал, таща за собой всех и вся.

Аргус Филч: Аргус, малость, растерялся. Схватили, обняли и за руку потащили - не видано и не слыхано. Но завхоза настолько тронуло сие, что он решился поддаться - разок за всю жизнь можно. Но некоторые сомнения не покидали его, и он поглядывал на коварно ухмыляющуюся кошку: - Что ж, милая девочка, Большой Зал, так Большой Зал. Ты сегодня хорошо потрудилась, миссис Норрис уже рассказала...

Лилиана Портер: Миллисента быстро кивнула и побежала в сторону Озера, не забыв прихватить старосту с собой. На какое-то время Лилиане показалось, что Милли ответила утвердительно просто потому, что захотела новых приключений около Черного Озера. Хулиганы, ведь они такие. Когда девушки добежали до озера, выглядело оно вполне спокойным, будто бы в нем даже жабы не водились, не то что русалки и тритоны. Лили подумала, как это, наверно, комично получить по голове крабом от русалки за вторжение на территории волшебных народов, и... рассмеялась. Ну, а что следовала ожидать? Лил порылась в сумке и достала оттуда два симпатичных сачка, один из которых девушка притянула Милли. - Пиявки не терпят новшеств, - с видом эксперта проговорила староста. - Будем действовать старым дедовским способом. На этих словах выражение лица старосты стало каким-то маниакально-напряженным. Человек несведующий мог бы и ииспугаться, но дело в том, что в детстве Лили уже приходилось иметь дело с пиявками. Почему-то они Лил очень понравились и девочка подолгу, несмотря на их мольбы, катала их на плотике, устраивала им водяные и солнечные ванны. В общем, префект очень любила пиявок. А те ее тихо ненавидели отвечали ей взаимностью.

Милисента О`Лири: Когда девушки пришли к озеру, Милли подумала, как же они будут их ловить, но тут тебя Портер ответила на ее вопрос, вытащив из своей крошечной сумочки два сачка, один из которых вручила когтевранке. "Наверняка не обошлось без заклятия незримого расширения!" Милли подумала, что надо бы и над своей сумочкой так поработать, тем более, заклинание она уже выучила. Когда Лил вытащила сачки, на ее лице появилось немного странное выражение, которого Милисента никогда не видела. Она объяснила его тем, что префекту уже не терпится достать все ингредиенты и начать работу над зельем спецзаданием. Но была одна мааааленькая проблемка. Милли никогда не держала в руках сачков и никогда не ловила пиявок. А где, спрашивается, она могла их ловить, если детство она провела в небольшом ирландском городке на берегу Атлантического океана? Сказать по правде, она и пиявок-то в глаза не видела. Но тетя Портер говорила с такой уверенностью, что, надо думать, она была экспертом по пиявкам. - Учти, теть Портер, я никогда не ловила пиявок и не знаю, как они выглядят, так что всецело тебе доверяю! - с напускной серьезностью сказала когтевранка и приготовилась лицезреть работу мастера.

Лилиана Портер: - Учти, теть Портер, я никогда не ловила пиявок и не знаю, как они выглядят, так что всецело тебе доверяю! - Лилиана обладала той особенностью, что иногда умела очень не вовремя пошутить, причем девушка знала, что это будет не вовремя, но удержаться не могла. - Отлично! Идем в замок, берем в библиотеке книжку по ИНМС, открываем страницу 37 и читаем о пиявках... Шучу! - Лили любила пошутить хотя бы ради тех нескольких секунд, когда у человека мгновенно меняется выражение лица после ее "Шучу!". - Это еще не все приспособления, надо тщательно подготовиться! - И староста быстренько заклинанием укротила длинную мантию себе и Милли, закатала рукава, но затем остановилась, будто что-то вспомнив. Наконец-то поняв, чего не хватает, префект вытащили из своей супервместительной сумочки два пары сапог. Девушка оперативно нацепила резиновые сапоги и захватила сачок. - Смотри, Милли, сейчас мастер возьмется за свое ремесло! - На этих словах Лилиана прошагала в воду и прищурилась. Пиявки должны были достаточно быстро почувствовать, что в мелководье появилось внушительных размеров тело, кожу которого надо атаковать. Через минуту Лили обернулась и подала знак Милли "процесс пошел", в это самое время несколько пиявок стали подгребать к резиновым сапогам старосты. Лили не стала ждать, пока пиявки облюбуют ее ноги, поэтому стала оперативно работать сачком, вылавливая пиявок с наименее быстрой реакцией. Чтобы Милли все-таки узнала, как выглядят пиявки, Лил достала одну из своего сачка и, выбравшись из воды, покрутила ею перед носом когтевранки. - Теперь ты знаешь, как выглядит объект. Пробуй сама. - Произнесла староста и улыбнулась.

Милисента О`Лири: Отлично! Идем в замок, берем в библиотеке книжку по ИНМС, открываем страницу 37 и читаем о пиявках... Конечно, Милли, как порядочному хулигану полагалось упасть в обморок при слове "библиотека", но она была все-таки когтевранским хулиганом и ничто когтевранское ей было не чуждо. У нее, о ужас, даже грамота за хорошую успеваемость была! В общем, от учебника ИНМС она бы не отказалась, хотя этот предмет и не посещала. Ха, наверное, это было бы забавно: примерный хогвартский хулиган с сачком сидит на берегу озера и читает учебник ИНМС. Лил вытащила из своей сумочки резиновые сапоги и протянула одну пару Милли. Они, надо сказать, были немного не ее размера. Самую малость. Размера 45 при ее 33. Да ну и шуш с ним. Обувшись, когтевранка вооружилась сачком и зашла в озеро. Укороченную мантию все-таки решила оставить на берегу. Наверное, выглядела она весьма колоритно: идеально отглаженная белая рубашка с короткими рукавами и эмблемой факультета, расстегнутая на верхнюю пуговицу, миленькая коротенькая юбочка в шотландскую клетку, синий, небрежно расслабленный галстук изумительно сочетались с резиновыми сапогами. 45 размера. И сачком. - Теперь ты знаешь, как выглядит объект. Пробуй сама Объект выглядел не слишком привлекательно. В самый раз, чтобы показывать его пугливым первокурсницам. Но поскольку Милли была набравшей на перевод второкурсницей, она не испугалась. Да и первокурсницей не испугалась бы - с ее мракоборческими амбициями ей не пристало бояться каких-то пиявок. Когтевранка зашла в озеро, громко хлюпая своими сапожищами. "Надо было все-таки уменьшить" - пронеслось у нее в голове. Какая-то коряга, да и шуш с ней. Отпихнув ее ногой, Милли последовала дальше. Вдруг она почувствовала, что земля уходит из-под ее ног и ей перехватывает дыхание - нет, она не увидела Оливера Вуда собственной персоной, она поскользнулась, и, кажется, падает. Нет, не так. ААААА, МИЛЛИ ПАДАЕТ!!! Попытавшись не искупаться в озере, Милли замахала руками, в одной из которых был сачок. Нащупав что-то рукой, она ухватилась за это, пытаясь удержаться и не предстать перед стариной Вудом с водорослями и пиявками в волосах. Кажется, это что-то оказалось конечностью тети Портер и прежде чем Милли с оглушительным хлюпаньем плюхнулась в озере, в ее лохматой голове пронеслась мысль, что не она одна предстанет перед любовью всей ее жизни с водорослями и пиявками в волосах.

Лилиана Портер: Лилиана оценила наряд Милли (в таком только на Черное озеро идти!) и проследила за действиями когтевранки. Лили думала, что справляется Милисента достаточно неплохо, ее даже вид пиявок не испугал! Что же, надо еще посмотреть, как они будут Милли на ощупь... Однако Милли, похоже, решила действовать в сверхзвуковом режиме. Когтеванка резко отшвырнула в сторону какой-то объект в озере, который спокойно лежал и никого не трогал... И тут Лил стала теряться в догадках: то ли Милли и правда стала падать, то ли она шутила, то ли она изобрела новый способ ловли пиявок... Все могло быть. Ну, вот иногда, видимо, нужно рассматривать самые очевидные варианты! Милисента действительно летела аккурат в озеро. - Милли, я иду! - Лилиана, бросая на ходу сачок с пиявками, которые поспешили выбраться тут же наружу, но почему-то далеко не уплывали, а любопытно поглядывали, чем все это кончится. На свою беду. Похоже, что Лили оказалась рядом как раз вовремя... вовремя, чтобы Милли, падая, схватила ее за ногу и потащила за собой. Староста поняла, что уже не может сопротивляться закону всемирного падения тяготения, и тоже полетела в своей милой укороченной мантии ничком в озерную гладь. Но за миллисекунды до падения Лил все же успела заметить очень странные эмоции, которые рисовались на лице Милли, будто когтевранку больше заботил ее внешний вид, чем то, что операция на гране срыва. Далее события развивались стремительно. Всплеск воды, много пиявок, которые рассыпались в ближайшей окрестности... водоросли, которые тут же нашли пристанище в волосах гриффиндорки... грозный тритон и его кулак... Наконец найдя точку опоры, Лил вынырнула из Озера и огляделась. Неподалеку стояла Милли, точно такая же водянистая... с водорослями и пиявками.

Милисента О`Лири: В такую жару искупаться в прохладном озере - сущее удовольствие. А искупаться в одежде, с сачком и в резиновых сапогах 45 размера в обществе тритонов и пиявок - да ведь это то, о чем Милли мечтала всю свою моторчатую жизнь! Оставалось надеяться на то, что старина Вуд не надумает навестить родную школу именно тогда, когда самая преданная его фанатка вылазит из озера как мокрая курица второкурсница, решившая искупаться в одежде, резиновых сапогах и с сачком в обществе пиявок и тритонов. Неуклюже хлюпая сапогами, Милли вылезла из озера, припоминая все предметы гардероба Мерлина: кальсоны, мокасины, подштанники, носки, резиновые сапоги 45-го размера. О, точно! Мерлиновы сапоги 45 размера! Она еще никогда так не радоватась суше. Сняв наконец-то эти мерлиновы резиновые сапоги 45 размера (а интересно, какого размера резиновые сапоги носил Мерлин?), Милисента сердито отпихнула их в сторону и изучающе уставилась на тетю Портер. Она, надо сказать выглядела совершенно великолепно: абсолютно мокрая, вода стекает со всего, с чего только можно, светлые (в сухом виде) волосы уложены в хулиганоприческу, украшенную водорослями и пиявками. В общем, красавица. Хотя, тетя Портер всегда красивая, она была бы красивой даже в вечернем платье с прической, их которой не выбивается ни единый волосок. А водоросли в волосах способны украсить любую девушку! А интересно, какая прическа более более хулиганистая: "а-ля, я упала с гиппогрифа, тормозила головой" или изысканная прическа в минималистическом стиле, украшенная пиявками и водорослями. Вот дилемма! На этот вопрос Милисента ответила себе так: первый вариант - это повседневное решение, которое должны носить все порядочные хулиганы, а второй - это, так сказать, парадный вариант, доступный лишь для продвинутых хулиганов. Это немного успокоило Милли, хотя она все равно не решилась бы предстать перед Вудом в таком виде. Девочка подошла к тете Портер, внимательно изучая закономерности расположения водорослей в ее волосах. "О, пиявка." Когтевранка сняла извивающийся ингредиент зелья с голову префекта и вручила ей -Тетя Портер, у тебя пиявка на голове, - абсолютно будничным тоном заявила второкурсница, как будто она говорила "тетя Портер, у тебя мантия красивая". Ну подумаешь, пиявка на голове. С кем не бывает. Вот с Милли и тетей Портер бывает. И тут когтевранка разразилась таким звонким и веселым смехом, как будто увидела как двадцать маленьких Юджинов бегут за одним большим с криками "давай поиграем!".

Лилиана Портер: Лили и глазом моргнуть не успела, как Милли была уже на берегу Озера. "Воистину сверхзвуковая скорость", - подумала про себя староста, параллельно, пытаясь высвободиться из тисков водорослей. Выглянувшая неподалеку русалка даже ругаться не стала, настолько жалким был вид префекта. Пиявки, уставившись на это зрелище, даже прекратили свои попытки к бегству, ведь за их недолгую жизнь им еще не разу не приходилось видеть в Озере куратора в мантии, покрытой водорослями, в резиновых сапогах, с пустым сачком с руках и со своими сородичами в волосах. Возможно, если бы Лилиана все это видела со стороны, это показалось бы ей и смешно, но пустой сачок, в котором должно быть примерно то, что было у нее сейчас в волосах, хихикающая русалка, которая раздражала так, что хотелось этот самый сачок надеть ей на голову (но префект-то знала, что в воде русалка ориентируется точно лучше, поэтому делать этого не стоит), к юмору не располагали. - Тетя Портер, у тебя пиявка на голове, - сказала Милли таким тоном, будто они сидели сейчас в гостиной и обсуждали домашнее задание по Астрономии. - Я тебе больше скажу: она там не одна, - ответила Лил и, повертев пиявку в руках, отправила ее в сачок. Спокойствие, только спокойствие, - староста старалась держать себя в руках, потому что чувствовала, что истерика подступает, но какого вида истерика, даже сама Лили точно не могла сейчас сказать. Гриффиндорка потрясла головой и собрала с волос оставшихся пиявок плюс тех пиявок, которые, как Лил показалось, наиболее нахально на нее смотрели из Озера. Префект бросила уничтожающий взгляд на веселящуюся русалку и в этот момент она готова была признаться, что жалела, что для зелья не нужны русалки. - Милли, собирай водоросли, мы отсюда уходим, - сказала Лилиана и с гордым видом прошагала из воды на берег.



полная версия страницы